Тень Тьмы

Глава 4

Баш

Успокаивается Пэн где-то в течение часа и за это время успевает перебить большую часть бухла. Я понимаю, он выбесился из-за того, что потерял свою тень – снова – но разве стоит гробить столько драгоценного рома на выражение досады?

Я думаю, не стоит.

По крайней мере, ему тёмная тень не перерезала горло.

Эта штука действовала жёстко.

Если мы с ней снова пересечёмся, возможно, нам всем конец. Может, пусть лучше идёт своей дорогой. Думаю, теперь я немного лучше понимаю дикие вспышки бедолаги Вейна.

От одной мысли об этом меня потряхивает, по плечам пробегает дрожь, и я делаю изрядный глоток рома из бутылки, которую мне удалось спасти от карающей руки Пэна. Алкоголь помогает избавиться от пробирающего холода. Чувствую себя так, будто из меня вырвали душу через задницу. Всё болит, и голова раскалывается. Безопасно ли для Дарлинг вернуться? Может, мне бы полегчало от возможности засунуть хер в её сладкую киску.

Под подошвами Вейна похрустывает стекло: он отыскивает одну из оставшихся бутылок и передаёт спасённый бурбон Пэну. Грудь Пэна тяжело вздымается, лоб покрыт по?том. Король Неверленда не любит проигрывать.

– Выпей, – приказывает Вейн.

Пэн пьёт, стискивая горлышко бутылки так, словно это чья-то шея, которую он хочет свернуть. Вообще-то я его не виню. Он потерял свою тень, Тень Смерти освободилась, и теперь Крюк может заполучить силу, которой не заслуживает.

Я отпиваю ещё глоток из своей бутылки и чувствую взгляд брата.

– Ну что? – спрашиваю я его.

– Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке. Дарлинг меня исцелила. Я бы сказал, что никогда так хорошо себя не чувствовал.

Кас хмурится.

– Прекратите это дерьмо, – морщится Вейн. – Если вам двоим есть что сказать, говорите вслух.

Кас мрачнеет ещё больше. Пэн падает в кожаное кресло, уперев бутылку в поднятое колено, и откидывает голову на высокую кресельную спинку.

– Ну и что теперь? – спрашиваю я. Давайте-ка поскорее с этим покончим, и я пойду к своей Дарлинг.

Пэн сидит с закрытыми глазами. Никто из нас не говорит ни слова.

Внизу с грохотом распахивается входная дверь, и до чердака долетает мешанина звуков.

Некоторые Потерянные Мальчишки возвращаются из города с потерянными кисками на буксире.

Хихиканье девчонок мало чем отличается от звона колокольчиков фейри.

Пэн открывает глаза.