Попутчики

Темно-голубые, почти синие помутневшие зрачки заплыли за верхние веки, жизнь утекала из ее тела сквозь раны, а смерть уже жадно склонилась над ней.

И что теперь? Куда идти? Клейнар не знал, где найти лекаря, да и вообще, какой порядочный гражданин согласится в столь поздний час принять в своем доме смердящего помоями и прочими отходами человека, вооруженного, с полумертвой девочкой в крови на руках?

– Так, красавица, ты мне не умирай!

Клейнар залил ей в горло «Белую розу» – очередной эликсир из вороноборческого набора, ускоряющий заживление ран и свертывание крови, взял ее на руки и побежал, инстинктивно, не зная куда, но нутром чуя, что в нужную сторону, что-то вело его.

И вело правильно. Теперь Клейнар смело мог хвастаться своей интуицией, она не подвела. Спустя несколько минут бега с грузом в виде умирающей девочки вороноборец вышел к воротам, а затем и к палатке, за тканевыми стенами которой ухаживал за раненой, перевязывал, давал ей эликсиры, отвары и накладывал целебные компрессы из сока трав, которые только смог найти, в разных сочетаниях, пропорциях и дозах, в точности, как объяснял учитель Веренд на занятиях по медицине.

Он всегда говорил: «Хороший вороноборец должен уметь все: и мечом махать, и лечить». Клейнар не раз уже благодарил наставника за все знания, что Веренд ему передал, благодарен и теперь.

Остаток ночи и небольшую часть утра, ту самую, от первого петуха до момента, когда начинает лаять собака и дятел стучать по дереву, Клейнар провел рядом с девочкой. Лишь полностью убедившись, что ее дыхание нормализовалось, раны кое-как перестали кровоточить, а полумертвое состояние перешло сначала в обморочное, а за ним и в тихий, спокойный размеренный сон, только тогда Клейнар позволил себе покинуть палатку, справить нужду, накормить соловую лошадь по кличке Вороника, поесть самому и наконец-то немного вздремнуть.

Часть III. Рия

Девочка проснулась, вернее, очнулась, потому как вскочила она словно после кошмарного сна. Место ее пробуждения оказалось совсем странным, но лучше, чем подвал сожженного дома, в котором ей приходилось засыпать и просыпаться раньше.

Она осмотрелась, кругом пустая, совсем крохотная комната, сотканные из дешевой ткани, стены легонько колыхались от полуденного ветерка, несущего снаружи аромат тлеющего костра и копоти. Занавески у входа пропускали лучи солнца, в которых игриво летала пыль. Девочка была не одинока, ей компанию составляли котелок с чем-то вкусным внутри и бутылка из темного стекла.