Попутчики

Он шел один, замечтавшись, поигрывая медальоном ордена в форме ромба с выгравированным воином, разящего мечом ворона у своих ног. Мечтание о крепком и здоровом сне прервал крик и визг из переулка, мимо которого проходил Клейнар. Само собой, такое нарушение ночной тишины и безмятежности заинтересовало его, решение было принято ежесекундно, исчезло даже желание поспать. Он, поддавшись сильнейшему интересу, осторожно зашагал в густой морок переулка. Клейнар медленно и тихо шагал, прислонившись к холодной каменной стене.

Дрожащий детский голос постепенно превращался в зов и мольбу о помощи сквозь слезы:

– Помогите!

Клейнар заглянул за угол. Маленькая девочка ревела. Худой мужчина в обносках прижал ее к стене и поднес лезвие ножа к горлу.

– Помогите, пож…

Мужчина заткнул ей рот окровавленной ладонью.

– Заткнись, мразь! Сейчас я тебя съем, и ты отправишься к господину, он давно тебя ждет.

Девочка слабела, валилась с ног, закатывала глаза, словно падая в обморок или, того хуже, умирая.

Клейнар, наблюдавший за этим актом сумасшествия, не выдержал и выскочил из-за угла. Подчинившись голодному чудищу – гневу, он быстро сократил расстояние. Мужчина медленно повернулся на него. Меч сверкнул красными рунами, первым делом человек лишился руки с ножом. Клейнар развернул клинок и ударил еще раз. Лезвие блеснуло в лунном свете, горячая кровь окропила лицо и одежду. Голова мужчины еще до падения успела два раза провернуться в воздухе, а тело рухнуло к ногам.

– Ох! – издав угасающий стон, девочка упала.

Клейнар припал к телу, мигом осмотрел ее. Из маленьких многочисленных и глубоких больших ран, порезов, уколов текла кровь. Он поднес ладонь к ее губам, почувствовал легкую вибрацию.

– Дышит! Еле, но дышит!

Он отбросил волнение, собрался, стал Клейнаром, хладнокровным профессионалом, мастером своего ремесла, внимательнее осмотрел раны, особенно отметил их странное узорчатое расположение.

Клейнар приподнял девочку, наконец смог разглядеть ее лицо в лунном свете. Как порой странно ведет себя судьба! На удивление, это была та же самая девочка, курносая, с мягко розовыми губками и длинными нежно-коричневыми волосами, которую он выручил днем. Рубаха на ней изодранная и пропитанная кровью. Ее кровь блестела на земле. Она лежала без сознания.