Болеутоляющее

Он учил сына самозащите и сам попался в свою удочку… Не думаю, что нужно говорить, как легко можно извратить ребенку его разум. Том готовил его к стычке с опасностью, а Альфред даже и не знал, что она есть. Я тут подумал, а откуда вообще опасность в таком тихом районе? Я считаю его обычным параноиком, незнающим слово “стоп”. Альфред молод и вся жизнь только впереди, так зачем портить ее ему?”, – пару исправлений и выйдет неплохо.

ГЛАВА ВТОРАЯ

I

Кладбище.

Альфред, Мама, Знакомые, Распорядитель.

Проходят похороны отца Альфреда.

Мама. …Но, несмотря на все это, Том был хорошим человеком. Он всегда заботился о нас. Безопасность семьи была для него на первом месте. Да, вы можете называть его параноиком, но этот параноик знал, как спасти нас от любой опасности… Хотя в конце он просчитался. Я не знаю, куда он отправится, но чувство справедливости говорит мне: “Туда, куда ему и место”, – и знаете, мне не по себе от этого. Боюсь представить, что произойдет, когда он предстанет перед ним. Наверное, всевышний будет в ступоре…

Знакомые начали возмущаться.

Эй! Сейчас мое время и я уже все расписала, секундочка в секундочку. Вы знаете, что я и вера – довольно противоречивые друг для друга штуки. Мужчины в нашем доме почему-то всегда нуждаются в еще одном правителе.

Знакомые начали возмущаться сильнее. Кто-то произносит: “Уйди!”

Я стараюсь свыкнуться с их воображаемым другом, но он, собака, каким-то образом сильнее меня.

Распорядитель. Тамара, Вы выпивали?

Мама. А как тут не выпить пару бокалов?

Начинается хаос.

Да ладно вам! Этот сукин сын чуть сына моего не пришил и я еще трезвой должна быть!?

Кто-то бросает в нее банку.

Да поняла я уже! (Отходит, складывает руки вместе.) Сволочи.

Пауза. Все немного успокаиваются. Распорядитель начинает.

Распорядитель. Хе-хе, да… это было немного неловко… но ведь у нас остался сын! (Вытягивает руку в сторону Альфреда.) У него тоже есть пара слов об отце.

Альфред подходит к гробу. Проводит по нему рукой.

Альфред.

Пожалуйста, не думайте, что я сейчас буду выставлять себя жертвой и как-то винить отца. Я думал прошлой ночью о его решении с ножом… И он не был параноиком! Никогда не был! Он просто думал наперед… Он продумал абсолютно все, что могло произойти. (Смотрит на Маму.) Он не просчитался! Подумайте, вы все здесь стоите, потому что знали его. Он хоть раз просчитывался? Он был гением… которым даже мне не стать. Мне не хочется затмить его, я хочу сохранить его честь.