Откровение Невидимки: Катарсис

Думаю, что это даже к лучшему, если вы возьметесь за это не как Легионеры, – мужчина подошел поближе и заговорил в полголоса, чтобы их не смогли услышать случайные прохожие, – Потому что, сдается мне, это была одна из ваших.

– Одна? – спросил Скаут, – Это была женщина?

Мужчина вздохнул.

– Да. Загадочная такая, в черных татуировках и с длиннющими волосами, цвета крови.

Элейн и Чарли переглянулись.

– А почему вы решили, что она из Легиона? – произнесла, молчавшая весь разговор, лучница.

Её взгляд с задумчивого сменился на уверенный и даже немного злобный.

– Она… – мужчина запнулся, встретившись взглядом с девушкой, – Она написала кровью на стене «Легион жив».

– Мы беремся, – сказал Чарли, – но с одним условием.

Хозяин таверны не обратил на него внимания. Он неотрывно, но со стыдом, смотрел лучнице в глаза.

Скаут слегка нахмурился.

– Половину вперед, – сказал он.

Мужчина молча снял с пояса небольшой мешочек с монетами и протянул Чарли.

– Но мы же еще не обговорили цену…– слегка смутился невидимка.

– Здесь двадцать золотых, хватит для аванса? – пробормотал мужчина.

Невидимка едва сдержался, чтобы не присвистнуть.

– Кгхм, да, разумеется, – протянул Скаут руку и забрал мешочек.

– Если это все, то мы пойдем, – произнесла Элейн и развернулась.

– Ищи нас в церкви Рамы, – обронил Скаут и последовал за лучницей.

***

Фенрир наблюдал как она уходит, борясь с собой, чтобы не броситься следом. Еще чуть-чуть и она уйдет навсегда, а он так и будет страдать в неизвестности.

«Может все это было не о нем?» – думал хозяин Атласа, мучительно провожая Элейн взглядом.

Фенрир кусал губы, не в силах развернуться и уйти восвояси.

– Элейн, подожди! – не выдержал он и кинулся к девушке.

Легионеры остановились. Парень обернулся, а Элейн так и застыла камнем.

– Элейн, это я…! – вдохнул Фенрир воздуха.

– Я вас вспомнила, – пресекла его слова девушка.

Элейн развернулась, сурово посмотрев на Фенрира.

– Дядя Феня, как же я могла забыть человека, который разбил сердце одному из моих лучших друзей, – грозно заговорила Элейн, – Мои родители погибли, родители Лео погибли, а у Ганса…!

Лучница прервалась, гневно стиснув кулаки.

– У Ганса мог бы быть отец, не бросив, вы его одного!!! – крикнула она.

Фенрир ссутулился, словно состарившись сразу на несколько десятков лет. Его глаза заблестели, в уголках показались морщины, которые раньше не были видны.