Последняя Ланиора

– Что это было?

– Я не устояла перед его красотой, поэтому не могла запретить посмотреть на тебя, – оправдалась подруга и я, закрыв шторку, стала переодеваться.

– 6 —

Только она одна из всех, кого я помню, смотрела мне прямо в глаза – так, словно я что-то значу.

Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»

Придя домой, я кинула пакеты в прихожей и завалилась на пол, распластавшись как звезда.

Ноги болят безумно, а тяжеленные пакеты только всё ухудшили.

В торговом центре после выбора платья, мы пробыли там ещё около трёх часов и набрали кучу всякой фигни.

– Неужели, моя сестра умирает? – сказал братишка и засмеялся.

– Поймёшь, когда вырастешь.

Брат быстро подошёл ко мне и начал щекотать, мой смех раздался на весь дом.

– Прекрати, мне щекотно, – я дальше продолжала лежать и изгибаться от натисков паренька.

– Дети, вас что, из психушки больными привезли? – ещё одна шутница в нашем доме. Папа угрюмый, мама клоун.

– Ага, – сквозь смех сказала я, и всё же еле как встав, я поцеловала маму и забрала пакеты в комнату.

Кэмерон

После того, как я увидел офигенную девушку в примерочной, мои мысли напрочь были забиты ей.

Тонкая талия, пышная грудь, золотистые глаза. Это определённо не мой стиль девушек, но что-то именно в ней меня зацепило.

Поднявшись на второй этаж отцовского нового коттеджа, я осмотрелся и зашёл лишь в одну комнату, которая тут мне по душе. Даже «моя спальня» мне не нравилась, но думаю, что я её переделаю под свой стиль.

Музыкальная комната была сделана, как я и просил. Чёрные обои, одно большое окно от потолка до пола, посередине белоснежная рояль, по бокам которой две настольные лампы.

Обожаю играть, с самого детства учился. Когда плохое настроение особенно.

Помню, я был слишком пьян из-за ругани с мамой. Пришёл домой и сел играть. Через минуту мне стало так хорошо, что я на ней прям и уснул. Подумать не мог, что рояль станет моим стасителем.

Дороже и нет у меня никого.

После третьей песни ко мне кто-то постучался.

– Да?

– Сынок, можно зайти? – ну конечно, кого же ещё могло сюда принести, как не его. Хотя прекрасно знает, что не люблю, когда меня тревожат за игрой на рояле.

– Заходи, – пробубнил я и развернулся к нему лицом.

– Сегодня мы идём на ужин к соседям, ты обязан там быть.

– Я никуда не иду и точка, – крикнул я и поднялся.

– Ты и идёшь, нам надо показать, что мы хорошая и дружелюбная семья.