Фантастический мир

Беднягу заставляли принимать серьезные препараты, влияющие на его мозговую деятельность. Профессор даже посягнул на святое – на продолжение рода. Когда программа отмечала, что у родителей родится гений, профессор писал, что они вынашивают будущего преступника. И тогда…

Доктор закрыл лицо руками и продолжил:

– Мне стыдно. Мне стыдно, что я молчал. Двадцать лет длилась эта мука.

– Вы поэтому его убили? – судья пристально посмотрел на доктора.

– Это была самооборона. Тем утром, когда произошла эта трагедия, – доктор достал из кармана брюк небольшой пакетик и, надорвав его, высыпал содержимое в чашку, – он заявился ко мне домой.

– Вы удивились его приходу? – спросил судья.

– Да.

– Почему?

– Последние десять лет профессор предпочитал не выходить на открытое пространство.

– Не вижу связи.

– Ему нужен был пароль для входа в программу.

– У него не было пароля? – удивился судья.

Доктор взял в руки чашку:

– Я изменил его, когда подтасовки стали постоянными. Он орал, ругался, но сделать ничего не мог.

А тут, видимо, пересилил себя. Мы поругались, и профессор напал на меня с ножом. Я стал отбиваться… Не знаю, как это случилось. Не помню. У меня в голове сплошной туман.

– Тогда я вам подскажу, – сказал судья. – Профессора нашли в вашем доме с перерезанным горлом… Это все, что вы хотели сказать?

Дрожащими руками Джи-Джи поднес чашку к губам и начал жадно из нее пить. Выпив все до последней капли, он произнес:

– Я хочу лишь сказать, что прошу прощения у всех тех, кому моя программа испортила жизнь.

Я очень виноват. Прощайте. Я ухожу. И ухожу с гордо поднятой головой…

– Что значит «прощайте»?! – воскликнул судья. – Суд не закончил свою работу!

Доктор пошатнулся, но прежде чем упасть, произнес:

– Для меня он закончился. Я сам вынес себе приговор и только что привел его в исполнение…

В зале суда творилось что-то невообразимое! Все были крайне возбуждены, и судье понадобилось минут сорок, чтобы успокоить публику.

Я, как и прочие, прибывал в шоке. Если то, что сказал Джи-Джи подтвердится, то многим высокопоставленным лицам грозит отставка. Мало того, этот скандал может вызвать крайне негативные события во всем мире.

Когда пришло время Шимону предстать перед судьей, зал был практически пуст – процентов восемьдесят голограмм исчезло.

Потерев пальцами виски, судья устало произнес:

– Вы обратились с просьбой провести открытое голосование.

Шимон кивнул головой.