Слепая совесть

Разворачиваюсь, усмехаюсь, выпускаю из губ омаа.

Вот теперь пробуждаются черные языки страха – улыбка и взгляд пробирают. Как и всегда.

Девушки останавливаются, переглядываются, не хватает в руках меча – но здесь нельзя его использовать вне защиты императора. Прислушиваюсь.

– Пошли лучше! – шепчет одна.

– Зря мы, что ли… когда второй шанс выпадет… – так же тихо отвечает вторая.

– Вы ко мне? – интересуюсь вежливо, делаю шаг вперед, подбавляя яркости.

Отпечатки тревоги и движения – снова переглядываются.

– Мы хотели… познакомиться! – с легким вызовом выступает вперед та, которая предлагала уйти.

– И узнать, правда ли, что вы оставляете ожоги, или… – отчетливо вижу скользнувший в землю взгляд, волны розового смущения, фиолетового азарта. Делаю еще шаг вперед, подбавляю омаа:

– Кто-нибудь из вас готов поехать со мной в Айо? – интересуюсь.

Голос действует мгновенно, а ведь я всего лишь добавил каплю омаа в его вибрацию. Страх, смущение, зарождающееся желание, учащение дыхания.

И только та, которая на работе, активирует какое-то скрытое оружие. Думает, не замечаю. Размышляю, усилить ли воздействие, или наоборот, сделать так, чтобы больше не хотелось любопытничать. Но мысли о Ноэлии заставляют поступить иначе. Мне ведь теперь, если повелитель не передумает, быть ее личным Стражем. Нечего всяким агентам таскаться по пятам.

– В случае применения оружия, – предупреждаю, подбавляю свечения, так, что омаа достает до всех троих. Пока незримо, вызывая лишь дискомфорт, желание еще отступить.

 – Стражу разрешено использовать свое.

Гнев, раздражение, проблеск боязни. Полагаю, тебя теперь отстранят и, возможно, пересмотрят всю систему слежения. Во всяком случае, близко подходить точно не будете.

– Девочки, идемте, – шепчет застигнутая врасплох, в голосе звучит страх – однако в ауре не вижу. Лишь досада.

«Девочки» оборачиваются к ней. Идите, идите, нам не по пути. Хочу подбавить ужаса, но сегодня мой омаа определенно не на то настроен. Ощущаю легкую синеву, старательно возвращаюсь к обычному белому свету.

Нельзя оставлять следы, наши мигом вычислят.

– Но он же мужчина… – шепчет первая. – И такой… ничего себе…

Оценивающее разглядывание даже полностью слепой ощутит, добавляю интенсивности, делаю шаг вперед. Разноцветие аур плывет, перемешивается. Помню это почти невыносимое ощущение, еще из детства. Безотчетный ужас, чувство потери, дезориентация…

Девушки визжат, срываются с места, бросаются наутек.