Слепая надежда

Судя по тому, что я успела узнать, не удивлюсь, если отряд из Айо поехал не знакомиться, а заранее имел целью избавиться.

– Насколько я помню, поначалу прибывали какие-то представители от вас, из Айо, то есть. Что-то покупали, потом через время все вернули – техника не выдерживала. Но это же не повод избавляться от пришельцев? Их и было-то немного, какую такую опасность они могли представлять? Человек пятьдесят, по-моему, где-то я читала состав экспедиции… – напрягаюсь. – Не помню. Примерно пополам женщин и мужчин: команда, отвечающая за приборы, медики, охрана, ну и те, кто действовали от имени межпланетного Альянса.

– Вы много знаете, – произносит Дарсаль, не могу понять, что скрывается за едва уловимой улыбкой.

– Мне было безумно интересно, я читала все, что попадалось под руку, одно время даже хотела стать конструктором и создать свой собственный корабль. Только мадам Джанс с Тересией страшно возмущались и не позволили учиться на мужскую специальность.

– В Астаре – ничего. А потом… тоже ничего. Только проверки.

В сердце зарождается желание забраться на колени, обнять… успокоить? Нужно ему мое успокоение. Дарсаль бросает слепящий взгляд, напоминая, что если до сих пор удавалось скрывать от Стражей самые глубокие эмоции, это еще не повод расслабляться.

– Понятно, – отвечаю, снова и снова заставляя себя переключаться от щемящей тоски в сердце.

Молчу, никак не приду в норму. Ох, знала бы, я бы еще дома попыталась все выяснить! Только, наверное, хорошо, что не пыталась. Императору вряд ли понравилось бы, да и высшие леди если что-то скрывают, не обрадовались бы.

– И еще странно, почему больше так никто и не прилетел. Ну, узнать, что случилось, где все пропали? – не могу перестать думать.

– Полагаю, их просто не подпустили. Слепые патрулируют в том числе и ближний космос. Есть среди нас те, у кого наблюдательные способности усилены и обладают большим радиусом действия.

– А твои… способности? – шепчу.

– Боевые, – отвечает Дарсаль. Ну да, он же охрана.

Дарсаль

Нежданные порывы головокружительной, ошеломляющей нежности, теряюсь на миг, а в следующий уже и нет ничего. Все исчезло, оставив воздушное изумление. Ожидал любой реакции, от возмущения до снисхождения. Но не такой. Впервые в жизни хочется доверить то, что терзает – кому-то, кроме Лексия.