Пленён и опасен

Но он стоял почти спиной – и я не была уверена, что не ошиблась.

– Может… хоть что-то? – поинтересовалась несмело.

– Нет, – отрезал принц.

Я снова отвернулась, не глядя, как пленник уходит.

Неправильно! Это было неправильно!

Но принц, будущий король, мой жених доверил мне важную государственную тайну! Я не знала ничего, и, возможно, то, что казалось мне неправильным… лишь казалось?

– Я… могу ознакомиться с его делом? – произнесла, когда тяжёлая металлическая дверь закрылась за Эрданом и его охраной.

– Это ни к чему, Эльви. К следующему пробуждению я постараюсь найти для него другого фаирпата. Обещаю.

Он взял меня за локоть и добавил:

– Идём, проведу тебя в комнаты.

Не знаю почему, но я вздрогнула от прикосновения. Даже вдруг захотелось забрать руку.

Наверное, от напряжения. Мне нужно побыть одной. Успокоиться.

Мы молча шли. Ещё утром казалось, ничто не нарушит безоблачного счастья, ничто не сможет омрачить наши отношения! Но сейчас… что-то изменилось. Я не понимала, не хотела этого! И просто молча шла вперёд.

Магическая цепь в руках вытягивалась, удлинялась, почти обжигала.

Выпустив её, я постаралась расслабиться.

Скоро это закончится. Эрдан выполнит то, для чего его разбудили… и вернётся в свой глубокий сон.

«Где? – вопросил внутренний голос. – Прямо здесь? Или в какой-нибудь такой же грязной камере, как бешеный и никому ненужный зверь?»

Острое ощущение не то жалости, не то желание справедливости вдруг захлестнуло. Слава Великому Дракону, мы уже дошли до моих покоев, и я поспешила проститься с женихом.

Мне не спалось. Ни успокоительный чай, принесённый служанкой, ни расслабляющая ванна не помогали. Перед глазами всё стояло измученное тело, на котором наливались синяки от солдатских сапог. Раны на руках и ногах от цепей.

И отвращение от того, что с ним вытворяла присланная девица под глумливыми ухмылками остальных мужиков.

Поднявшись из кровати, я зажгла магический светильник. Завернулась в пеньюар.

Но я не стала волновать родительницу. И тем более гнать её через весь город на ночь глядя.

Походила немного, обняв себя за плечи.

Столица постепенно засыпала, гасли огни в домах городской знати, зажигались уличные фонари. Редкие кареты спешили развезти припозднившихся жителей по домам.