Пленён и опасен

– Встань и иди к себе, – произнесла, очень стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, уверенно.

С дикими животными всегда так. Нельзя дать им почувствовать слабину.

С дикими людьми, наверное, тоже. И я старательно давила своей уверенностью, насколько хватало магии.

В общем-то, я никогда не жаловалась. Её было отмеряно мне немало. У отца даже время от времени вырывались сожаления, что столько бесценного дара – и мне, а не брату. Тому, кто станет его прямым наследником, а не уйдёт в другую семью.

Раб резко выпрямился.

По энергетическому полю скользнул яркий импульс, и сильная спина мужчины болезненно передёрнулась. Руки напряглись, натягивая цепи, но стражи крепко удерживали его.

Как и мои обновлённые печати, руны и арканы.

– Иди к себе, Эрдан, – повторила я, и голос прозвучал мягче, чем мне того хотелось бы.

Всё-таки это неправильно, что такой сильный и… красивый, да, по-своему красивый мужчина должен томиться в плену, в самом настоящем рабстве!

Если бы не это свирепое, почти закаменевшее выражение лица!

– Тебе нужно отдохнуть, – неожиданно для самой себя добавила я.

Его спина оставалась напряжённой, но руки опустились. Цепи тоже ослабели, он больше не пытался вырваться.

Какое-то время я разглядывала резкую линию скул, за которой ощущались сжатые до хруста зубы. Ровный, почти аристократический нос. Высокий лоб, на который падали спутанные пряди волос. Они же, чёрные густые пряди, рассыпались по плечам до спины.

Мужчина двинулся к двери. Охранники отправились с ним, а я стояла, смотрела вслед.

И чувствовала, как накрывает отвратительным ощущением, будто я участвовала в чём-то грязном и неправильном, сколько ни убеждала себя, что это вынужденная необходимость!

– Завтра его будут проверять, – произнёс принц. – И ты тоже должна будешь ещё раз всё проверить. А потом направить в Бесцветные земли. На сражение.

– Хорошо, – отозвалась я. – Я всё сделаю.

– Я не сомневаюсь в тебе, дорогая.

Принц коснулся губами моей щеки.

– Подожди! – вскинулась я, снова зацепившись взглядом за выходящую в дверь фигуру.

Обнажённую. – Он ведь раздет!

3

Раб приостановился. Чуть обернулся, будто с ожиданием.

Разумеется, ни одному нормальному человеку не захочется разгуливать нагишом по королевскому дворцу! Даже если он пленник!

– Так надо, дорогая, – в который раз за сегодняшний день повторил принц.

– Но… зачем? – в который раз с недоумением переспросила я.

На губах мужчины мне почудилась мрачная усмешка.