Наследница рода

А Лекси попросту надоело проводить воспитательные беседы с двадцатишестилетней девушкой, утопая в неоправданном драматизме и нескончаемых скандалах.

– Пошли, – отчеканила Лекси, двинувшись в сторону лагеря.

– И эта чокнутая, – констатировал Ричард, идя за подругой под убедительно-злобные взгляды Кассандры. – Идеальная пара.

Пока ребята сообразили напасть на лагерь, там всё окончательно стихло. Только Эд и Джеймс пялились на Зака в надежде, что тот очнётся. И иногда на часового, но тот с каким-то необъяснимым безумством натирал свой клинок, который, при правильном преломлении света мог ослепить противника.

Фанатичный к своему оружию разбойник и стал первой жертвой, издав настолько мерзкий и громкий предсмертный рык, от которого проснулась остальная шайка. Особенно не понравилось вторжение тому бородачу, которого залило кровью его дружка.

Вмиг вскочив на ноги, разбойники стали нападать на ребят. Ричард, то ли потому что истинный джентльмен, то ли потому что необъяснимый везунчик, умудрялся сражаться с двумя, иногда попадая по третьему, от чего тот смешно злился, не понимая кого рубить первым – шерифа или Кассандру.

Лекси пригнулась, миновав встречу с грубым мечом чужака, и полоснула того по щиколотке. Разбойник завопил и рухнул, а там дело оставалось за малым. Один удар металла и жизни не бывало! Довольно хмыкнув, Лекси решила подсобить Ричарду и, подкравшись сзади, со всей силы врезала остриём по спине одного из нападавших.

Удостоверившись, что никого не задело, ребята принялись освобождать парней от верёвок.

– Порядок? – кратко осведомился Ричард, помогая Джеймсу подняться на ноги.

Джеймс кивнул и предпринял попытку встать, не шатаясь. И ему, к слову, это удалось.

– Чем обязаны такому визиту, шериф? – несколько иронично осведомился Эд, опираясь одной рукой на Кассандру.

– Я же шериф, я обязан спасть ваши неугомонные задницы из подобных передряг.

– Исчерпывающе.

К вечеру они всё же добрались до Эверса, дотащили Барреттов до их дома, и оставили Джеймса коротать ночь у Ридов. Лекси настояла на том, чтобы он побыл под присмотром Кассандры хоть денёк, но Джеймс спешно и безапелляционно изрёк, что утром уберётся восвояси.