Бодигард

Даже мысли такой не допускал…

Как ни странно, отношения с Боссом у него сложились совсем неплохие – то ли тот остепенился, то ли просто настал более менее спокойный период и Босс перестал срываться на окружающих.

Однако Андрей к концу дня все равно выматывался страшно – приходилось много ездить, к тому же Босс привык завершать свой день в ночном клубе, где любил под шашлычок выпить и погонять шары в бильярд.

Посетители в клубе были разные, поэтому Андрею с напарником постоянно приходилось быть настороже.

Вечеринки частенько плавно перерастали в ночные застолья и иногда заканчивались под утро, после чего Андрей доставлял Босса домой, где его принимал сменщик.

То ли совесть у Босса была очень не чиста, то ли просто со сном были нелады, но спал Босс мало, вскакивал рано и сразу же вызывал к себе по телефону Андрея.

Глаза у Андрея от постоянного недосыпа через месяц такой работы приобрели привычный красноватый ободок, что придавало его взгляду некоторую кровожадность. Правда, он и без этого имел довольно внушительный вид со своей, традиционной для охранника, шкафообразной фигурой, мощной шеей и грудью, увесистыми кулаками и спокойным тяжелым взглядом из-под темных густых бровей. Впрочем, это не портило его, скорее наоборот, он был весьма привлекательным мужчиной, что было замечено даже Боссом, который, увидев однажды в клубе двух девиц, с вожделением пялящихся на его охранника, расхохотался:

– О, Андрюха, гляди – телки прямо прибалдели от тебя! Хочешь?…

Андрей спокойно посмотрел на девиц, от чего те аж потянулись телом за его взглядом, и равнодушно отвернулся.

– Женат я, – сказал он таким тоном, что у развеселившегося, было, Босса, отпала охота проезжаться по этому поводу.

Скривившись, он промолчал, но потом, не выдержав, все-таки спросил:

– Что, так жену любишь?

– Уважаю, – поставил точку в этом вопросе Андрей.

– Ну ладно, – бросил Босс и с тех пор никогда больше не заводил разговора на эту тему.

Благодаря новой работе, уже через два месяца Андрей смог позволить себе оплатить операцию матери в Военно-Медицинской Академии, где за ней был обеспечен хороший уход.

Надежда на то, что жена отойдет от своего подавленного состояния и возьмется сама ухаживать за свекровью, быстро увяла.