Заклятый друг

У Макса новый одеколон. Не тот с ореховыми нотками, что был всегда, и так нравился мне. А навязчивый и приторный, сто процентов выбранный Мариной.

Прикрываю глаза, чтобы сосредоточиться и запомнить этот новый его запах.

Чувствую, что Макс сглатывает и отступает на шаг.

– А какой первый? – открываю глаза и протягиваю Арскому гитару.

– Угу, делай вид, что не знаешь.

– Вообще не понимаю о чём ты.

– Не прикидывайся дурочкой, – тон становится ледяным.

– Нет, ты серьёзно? До сих пор дуешься, что я не бросила жениха ради твоего друга?

– Не обязательно было выбирать Колю… – относит гитару на место.

– Конечно! Ведь Серёжа не московский молодой бизнесмен, так, чмо из Мухосранска. Который мечтает не миллиардером стать, а всего лишь спасти человечество от вымирания. Он уж никак не сможет дать мне то, что действительно нужно.

Подходит ко мне вплотную:

– Хорошо, что ты это понимаешь.

– Дурак! – со злостью толкаю его в грудную клетку.

– Соболева! Будешь обзываться – выпорю, – оттягивает ремешок моего платья за пряжку. – Твоим же ремнём.

– Я просто хочу, чтобы мы уже закрыли эту тему.

– Какую из них? Что ты отшила моего друга? – тянет меня к себе за пряжку. – Или что Серёжа тебя не достоин?

– Он меня очень даже достоин, Макс!

– Ты в институт сама поступила. А он за твои деньги.

– Вот привязался. Мне они не понадобились. И это я предложила.

– Он мог их заработать. Ты же смогла.

– Тебе легко судить.

– Это он тебя убедил? Типичная отмазка для провинциальных лентяев. Что он вообще может тебе дать? С такими установками.

– Он меня понимает. И да, он из провинциальной дыры. Но это и моя дыра тоже… Арский, хватит ржать! – я вцепляюсь в его плечо и пытаюсь ущипнуть, но тугие мышцы делают этого самодовольного павлина абсолютно неуязвимым. – Ненавижу тебя! Перекаченная скотина. Чтоб ты разжирел на Маринкиных харчах!

– Уж скорее распухну от голода.

Мы оба начинаем хохотать.

А когда успокаиваемся, спор уже перестаёт иметь значение.

– Извини. Я просто не хочу, чтобы ты разочаровалась, – Макс зажимает ладонями мои уши. И сдувает с моего лба чёлку.

– Не смей так делать с Мариной. Это только наша фича, понял?

– У Маринки нет чёлки, – тянет лыбу во все тридцать два зуба. – Чёлки сейчас носят только провинциальные девочки.

Я рычу и снова толкаю его в грудную клетку.

– Предатель.