Omo sanza lettere (Человек без букв)

Даже самому себе.

В траве что-то зашуршало, а следом раздался треск неизвестной природы. Мой приятель вздрогнул, что не укрылось от моих глаз.

Через мгновение из сухих зарослей показался ворон, угольные перья которого сверкали на солнце. Глаза его выражали неподдельный интерес.

Он наклонил голову, рассматривая нас, словно пытаясь запомнить. Потом зычно каркнул, махнул крыльями и взмыл в безразличную высь.

– Крутой Макс испугался птички, – подтрунивал я, давясь смехом.

– Да пошёл ты, – насупился одноклассник, оглядывая безмолвное царство, – наверняка ночью здесь ещё более жутко.

– Я бывал тут ночью, – как бы ненароком закинул я удочку.

– К-когда? – боже, он заикается. Примерно такого эффекта я и ожидал.

– Ну, когда мама на сутках, а мне особенно скучно… – я посмотрел на друга, кожа которого приобрела мертвенно-бледный цвет, и решил сжалиться, – да ладно, всего пару раз зависал.

– И как?

– Ты знаешь, ничего. Правда, читать неудобно. Приходится включать фонарик.

– У тебя в натуре не все дома, – напряжённо выдохнул парень, – неужели тебе ни капли не страшно?

– Бояться надо живых, а не мёртвых, Макс.

– Может, ты и прав.

***

«Что нас ждёт, море хранит молчанье,

Жажда жить сушит сердца до дна…»

В своё время я заслушала "Штиль" до дыр, прежде чем узнала его истинный смысл. Стало ясно, откуда эта туманная тревога.

Той ночью я так и не уснула, разбираясь с мириадами мыслей.

Я улыбнулся, поскольку чувствовал то же самое. А найдя в избранном "Штиль", продолжил читать под любимую композицию.

До определённого момента и моя жизнь напоминала штиль. Единственный ребёнок в семье, которого любили, на которого не повышали голос, которому многое позволяли. Чего ещё можно желать, когда только вступаешь в свет?

Но даже идеальный мир способен дать трещину.

В тот злополучный день мы играли с ребятами в "Казаки-разбойники", и в компании я была единственной девчонкой. Не знаю, как так вышло, но с раннего детства я являлась заводилой именно в пацанской тусовке. С девочками у меня не клеилось. Слишком уж они коварные. У каждой двойное дно.

Парни же, напротив, действуют открыто: не плетут интриг, не строят козни.