Пути неисповедимых

 – Кудь, принеси молочка сестричке, – попросила, мило улыбнувшись. – И яблочко!

Что-то проворчав, царевич послушно поплелся на кухню.

Посмотрев ему вслед, девушка принялась поспешно расстегивать пуговицы плаща, открывая не менее впечатляющие виды. Небольшая, но упругая грудь и тонкая талия, стянутые корсетом дорогого фиолетового платья, одним своим видом привели в восторг ту половину сидевших в зале, которые все еще наблюдали за припозднившейся гостьей.

– Рафнейрис, я так понимаю? – со своей фирменной улыбкой уточнил Дейк, с трудом отрывая взгляд от совершенной девичьей фигуры.

– Я, может, и замужем, – заметила она, сморщив маленький белый носик, но при этом продолжила блистательно улыбаться. – Так что убери эту лицемерную мину, смотреть противно.

– Ты сестра Кудеяра, так? – решаю не церемониться. Видимо, у сенари это не принято.

– Да, я самая, – кивнула, слегка повернувшись, чтобы снять плащ, продемонстрировав при этом тонкую длинную шею. – А вы кто? Что-то раньше не замечала за Кудеяром привычки так запускать своих рабов…

– Он согласился отвести нас к Истэке Демонтину, так что мы не рабы, а попутчики, – объяснил ей рыцарь.

– Это вы думаете, что попутчики, а он думает, что вы его новые слуги, – с улыбкой заметила девица, посмотрев на дверь кухни, как будто надеясь увидеть там сводного брата. – Альтруизм не в его правилах, уж я-то знаю.

– Мы это уже поняли… Кстати, приятно познакомиться, Рафнейрис, меня зовут Дейкстр Донан, – поздоровался рыцарь и протянул девушке руку.

– А мне, может, не приятно, – весело заметила девица, игнорируя жест Дейка. – Мне, может, противно.

– Поучить бы тебя манерам, – хмыкнул рыцарь, убирая руку.

– Возможно, – равнодушно пожала плечами, но через пару секунд ее игривый взгляд вновь остановился на рыцаре. – А ты хочешь побыть моим воспитателем?

– Раф, прекрати, – велел неслышно подошедший царевич, поставив перед сестрой кружку с молоком и яблоко. – Они не поймут твоих глупых шуток. Это же люди.

– Это еще почему? Эта вон, черномазая, улыбается сидит! – заметила девушка, хватая кружку и отпивая из нее.

– Черномазую зовут Бэйр, – объясняю, беря из принесенной корзиночки печенье. – А те, кто ее называют иначе, после смерти горят в аду.

– Бэйр… ну и именем тебя мамочка наградила, – хихикнула Раф.

– Тебе тоже досталось, Рафнейрис, – хмыкаю. – Рифмы так и просятся…

– Кудь, где ты ее откопал? – поинтересовалась девица у севшего рядом брата.