Афон

Афон

Борис Константинович Зайцев

В этой книге известного русского писателя ХХ века Бориса Зайцева показан своеобразный, притягательный и многогранный внутренний мир Святой горы Афон, которую автор посетил в 1920-х годах и незабываемые, яркие впечатления от атмосферы которой сохранил на всю свою жизнь. В своих очерках, составляющих это произведение, писатель живо описывает как внешний уклад жизни афонских монахов того времени, так и их духовные подвиги во имя Бога и ближних, которые составляют основу их повседневной жизни.

Издание рассчитано на широкий круг православных читателей.

Борис Зайцев

Афон

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

(ИС Р17-705-0184)

© Издательство «Благовест» – текст, оформление, оригинал-макет, 2018

Предисловие автора

Я провел на Афоне семнадцать незабываемых дней. Живя в монастыре, странствуя по полуострову на муле, пешком, плывя вдоль берегов его на лодке, читая о нем книги, я старался все, что мог, вобрать.

Ученого, философского или богословского в моем писании нет. Я был на Афоне православным человеком и русским художником. И только.

Афон предстал мне в своем вековом и благосклонном величии. Тысячелетнее монашеское царство! Напрасно думают, что оно сурово, даже грозно. Афон – сила, и сила охранительная, смысл его есть «пребывание», а не движение, Афон созерцает, а не кипит и рвется, – это верно. Но он полон христианского благоухания, то есть милости, а не закона, любви, а не угрозы.

Афон не мрачен, он светел, ибо олюблен, одухотворен.

Афон очень уединен и мало занят внешним. Это как бы остров молитвы. Место непрерывного истока благоволения. Афонцы мало знают о пестрых делах «мира» и судят о них не всегда удачно. Но они не устают молиться о мире, как молятся и о себе. Они, сравнительно, не много занимаются наукой, философией, богословием. Зато непрерывно служат Богу – в церкви, в келий. Это придает им особый оттенок. «Мир» справедливо полагают они грешным, но я не замечал у них гордыни или высокомерия к нему.

Напротив, сочувствие, желание оказать помощь. Простота и доброта, а не сумрачное отчуждение, – вот стиль афонский, и недаром тысячи паломников («поклонников») перебывали в этих приветливых местах.

«Мир» всегда шел сюда за уроком духовного благообразия. Сейчас связь с Родиною прервана – это ничего не значит. Афон видал столетия отрыва от нее (во времена монгольского ига), он вообще ориентирован на вечность.