Игра в убийство. На каждом шагу констебли

 – Мы все должны помнить правило: тело трогать нельзя. Таковы условия игры.

– Прошу прощения. – Доктор Токарев мягко отодвинул ее в сторону. Он взглянул на Найджела, который не сводил глаз с кузена, и медленно наклонился. – Эта юная леди права, – произнес доктор Токарев. – Без всякого сомнения, его трогать сейчас нельзя.

– Чарльз! – внезапно закричала миссис Уайлд. – Боже мой! Чарльз!.. Чарльз!

Но Ренкин не отвечал. Он тихо и как-то тяжело лежал. А когда глаза присутствующих привыкли к свету, они увидели, что точно посередине между лопатками у него торчит рукоятка русского кинжала.

Глава IV

Понедельник

Старший инспектор Скотланд-Ярда Аллейн столкнулся в коридоре с инспектором Бойзом.

– Говорят, у вас новое дело? – спросил инспектор Бойз. – Что-нибудь интересное?

– Пока не знаю, – ответил Аллейн. – Убийство в загородном доме.

Он поспешил в главный коридор, где встретился с сержантом Бейли, который держал в руках приспособление для снятия отпечатков пальцев, и сержантом Смитом, нагруженным камерой.

Местный констебль Банс поедал инспектора глазами.

– Очень неудачно получилось, сэр, – говорил он со значением. – Суперинтендант [4 - Суперинтендант – старший полицейский чин после инспектора.] слег с сильной простудой, поэтому мы немедленно сообщили в Ярд. Обследование провел полицейский врач доктор Янг.

Вперед вышел бледноватый человек с волосами песочного цвета.

– Доброе утро, – сказал инспектор Аллейн.

– С глубоким сожалением должен констатировать, что абсолютно никаких, – сказал доктор. Произношение выдавало в нем шотландца. – Меня вызвали сразу же, как обнаружили труп. Я установил, что смерть наступила примерно полчаса назад. Самоубийство и несчастный случай исключены. У здешнего суперинтенданта грипп, и в связи с этим он исполнять свои обязанности неспособен. Я попросил по поводу этого дела его не беспокоить. Здесь еще имеются особые обстоятельства: дело в том, что все это произошло в доме сэра Хюберта.

Доктор Янг внезапно прекратил говорить, как будто кто-то вдруг повернул ручку и уменьшил громкость до минимума. Потом он издал горлом глубокий и довольно неприятный звук.

– А где тело? – осведомился инспектор Аллейн.

Констебль и доктор заговорили одновременно.

– Прошу прощения, доктор, – сказал констебль Банс.