Институт проклятых. Сияние лилии

Женщины в пышных платьях с кринолинами и отстраненными выражениями фарфоровых лиц. Мужчины с пронзительными глазами, смотрящими, казалось, сквозь меня. У одного я заметила отчетливое сходство с дядюшкой. Родственники? В нашем поселковом доме картин никогда не было. Инди всегда говорила, что они – рассадники пыли. Дядю, судя по всему, мало заботила чистота помещения, потому, дойдя до залы, я громко чихнула и потерла зачесавшиеся глаза.

Джиб прошел, распахнул тяжелые портьеры, запуская в комнату солнечные лучи, и открыл окно.

– Присаживайтесь, юная леди, – показал дядюшка на довольно потертое кресло с деревянными подлокотниками. Рядом красовался резной столик, тоже видавший виды. Сервант у стены. И снова картины.

– Леди?.. – повторил Джиб и посмотрел на меня вопросительно.

– Найли, – откликнулась я вежливо и присела в легком поклоне.

Только произнесла это и сразу же пожалела. В следующую минуту мне отчаянно захотелось забиться в угол или выбежать из зала и унестись куда глаза глядят, лишь бы они не смотрели в лицо Джиба, которое вдруг побледнело, а спустя мгновение покрылось бордовыми пятнами. Еще минуту назад бывшее великодушно-улыбчивым, оно исказилось злобной гримасой, глаза полыхнули так, будто хотели испепелить меня на месте. Руки нервно затряслись, кулаки то сжимались, то разжимались.

– Сторм! – От рыка задребезжала посуда в серванте.

И откуда в дряблом теле такой голос?

Я ойкнула.

Шея дядюшки напряглась так, что выступили вены. Скулы напряглись, натягивая кожу. Джиб пару минут смотрел на меня, пытаясь испепелить и активно изменяясь в цвете лица. Потом по телу его прошла судорога, он обреченно выдохнул и тяжело рухнул в кресло.

– Присаживайтесь, Найли. – Он устало указал на кресло напротив. – Извиняюсь, я испугал вас. Это… это… – Он так и не подобрал слов, а только посмотрел на меня грустными глазами.

Присесть я не решалась.

Он попытался доверительно улыбнуться, вышло вяло и неестественно. Я сильнее напряглась.

– Для чего вы здесь? – выдавил дядюшка.

Я дрожащими руками вытащила письмо. В нерешительности помяла его в руках. Подходить к Джибу было страшно.