Сокровища острова Монте-Кристо

– Нотариус на Корсике говорил, что дядя незадолго до смерти арендовал лодку, куда-то собирался. Но никому ничего не обьяснил. И вот так странно умер, – я помолчал, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. – Расскажите мне, что сможете, о моей семье? И почему я должен был вас найти?

Родионов прокашлялся и налил еще по одной.

– Родственники твои все военной косточки. И у каждого – такая судьба, что хоть роман пиши. Да ты и сам, я смотрю, из таких, – он хитро прищурился. – По повадкам вижу, галицынская порода…

Я заерзал на скрипучем стуле.

Ну пошло дело. Теперь старик ударится в воспоминания, это надолго. Изнасилует мне весь мозг. Слушать его, сто пудов, некому, на мне оторвется…

– Расскажу, все расскажу, – усмехнулся Родионов, глядя на меня. – Это не на один час занятие. Что ж вы все такие торопливые, молодежь… Ты вот полжизни и знать не знал об этой своей семье, а теперь вынь тебе да положь почти сто лет истории? Ты мне сначала объясни, как они нашли тебя? Потом еще могилку тебе покажу семейную вашу.

И как ты до меня-то добрался? Ну, вздрогнем!

Я выпил и выдохнул, смиряя нетерпение:

– Как раз вас найти было проще всего. Дядя в письме на вас наводку оставил, мол, найди могилу деда, найди смотрителя. Дальше совсем просто: залез в сеть, покопался в архивах, узнал, где дядин отец похоронен. Почему он не в семейном склепе на Корсике?

– Петька-то? Да он, считай, всю жизнь в Париже прожил и умер тут же, чего ж ему на Корсике лежать? Отец его подростком отправил учиться в Версальский кадетский корпус, и я там учился уже, вот с тех пор и дружим.

Да и отцы наши знакомы еще с Исхода, – Родионов захрустел огурцом. – Закусывай давай.

– А так, что же, каждый год Петя ездил проведать на Корсику отца, твоего прадеда, значит. Петька мне потом и передал все на хранение, когда отец-то помер. Крепкий был человек Андриу, долго жил. Это он сам себя так называл, на корсиканский манер. А теперь вот, значит, и Петиного сынка уже нет… Земля ему пухом…

– А почему это всё – и кстати, что всё-то? – у вас хранится, а не на Корсике? Зачем так сложно? – спросил я, глядя на худые руки Родионова, все в коричневых пятнах, со вздувшимися венами под тонкой пергаментной кожей.

Все страньше и страньше… Что потребовалось упрятать с помощью такой многоходовочки? Золото инков? Янтарную комнату? Средство Макропулоса? Хотя последним Родионов и сам бы попользовался, если бы имел.

– Не торопыжничай, все узнаешь… Надо так, значит.