Первое видение слепого. Глаз Нирохеи

– Нет, золото они мне на руки не дают. Предпочитают привязывать к себе подарками вроде этого дома или услугами в долг. Единственный раз, когда я держал в руках деньги этого мира, был, когда мне их показывал Стеллог, ты его видела пару раз, такой упитанный дворф-торговец. Так что меня можно назвать бедняком, при достаточном желании и глупости.

– Тогда что?

– Помощь в достижении твоей цели.

– Моей цели? – зверодевушка прищурилась.

– Да. Или хочешь сказать, что месть не являлась твоей целью?

Мирия слегка прикусила губу, однако затем неопределенно махнула головой.

– Ладно, допустим. В принципе, это было на поверхности. Но чем ты собрался мне помочь? Сам же сказал, что у тебя нет денег.

– Деньги – это слишком длинный путь. А поиск и наем такого количества магов, которого бы хватило для уничтожения Волчьего рода, явно был бы той еще головной болью. Нет, с одной стороны, мне было бы интересно за этим понаблюдать – думаю, через пару десятков лет ты бы действительно собрала нужную сумму, а там уже могло начаться что-то интересное… Но я все же предпочту ускорить процесс и помочь тебе с этим.

– Так… как? – зверодевушка все еще не понимала, к чему клонит вампир. Тот спокойно посмотрел на нее.

– Я убью их.

– Что?

– Что?

– Перестань это делать! – Мирия недовольно махнула руками. – Отвечать «что» на «что», ну очень смешно! Что значит «я убью их»?

– А что это еще может означать?

– То есть, ты хочешь сказать, что просто пойдешь туда и убьешь всех, на кого я укажу? – скептически проговорила зверодевушка.

– Да, а что тебя смущает?

– Ну-у-у, даже не знаю, может, твое утверждение, что ты сможешь в одиночку победить армию в десяток тысяч тренированных воинов?

– Это не так много.

– Ой, ну да, всего-то десять тысяч, и плевать, что они все считаются едва ли не лучшими наемниками в мире. Что за вздор! – она недовольно закатила глаза, но, взглянув на Миста, осеклась. Он смотрел на нее абсолютно спокойно, в глазах не было и намека на насмешку.

– Да.

Она моргнула и снова посмотрела ему в глаза. Внезапно ее пробил озноб. С одной стороны, это было странно – она уже много лет не была той маленькой девочкой, которая удивлялась глупости и жестокости мальчишек, которые постоянно играли в воинов, а потом просили у нее обработать их царапины. Она достаточно убивала сама – на ее руках было не меньше сотни трупов, накопившихся за одиннадцать лет наемничества.