Скрижаль Мораны

 – Вот соберется толпа народа, там, люди, эльфы…

– Тень, ты летописи Кровавой Сечи не читала, что ли?

Я вспомнила посещение библиотеки, поиски Велиара, толстенный фолиант и отрицательно замотала головой.

– А зря, у тебя бы не возник тогда такой вопрос, – хохотнул Арт, а Ари пояснил:

– Наши расы так и поступили. Они решили сражаться против вампиров плечом к плечу, однако каждый погибший человек сразу вставал вампиром и бил нам же в спину. А те, кто не мог стать вампиром, эльфы, орки, просто поднимались, как нежить, и тоже били нас.

– Чего ж вы тогда проиграли? – Я с осуждением уставилась на Арта. – Ну, подумаешь, Велиар Грега убил, и чего?

– Грег был фанатичным маньяком. – Вампир пожал плечами. – Он не воспринял бы никаких угроз. Зато восприняли остальные и предпочли завершить переговоры миром.

– Теперь я совсем ничего не понимаю, – окончательно запуталась я. – Можно вас победить или нет?

– Можно.

– Это невозможно. – Я категорично мотнула головой.

– Много ты знаешь о невозможном, – хмыкнул Арт.

– И как же?

– Ну к примеру, темные, а точнее, Темный Круг хранит некий светлый артефакт, с помощью которого можно, как утверждают легенды, это сделать. Так вот, после смерти Грега, когда его ближайшие соратники собрались посовещаться, появился перед ними архимаг этого самого Темного Круга. Он в двух словах обрисовал, что думает о вампирах, и потребовал прекратить войну, либо он отдает артефакт Милуоса Пресветлого светлым для радикального решения вопроса.

– И ему вот так поверили? – скептично посмотрела на вампира я. – Даже если такой артефакт действительно существует, насколько же этот темный ненавидел вампиров, чтобы добровольно подписать приговор и себе тоже? Неужели он на самом деле такой фанатичный псих?

– Судя по тому, как он всю войну расправлялся с вампирами, именно такой и есть. Да ты у него сама спроси, – предложил Арт, – когда в Академию вернешься.

– Э… – во мне зародилось смутное подозрение, – это же не Анхайлиг?

Арт только криво улыбнулся, а я уже пыталась отогнать нарисованный яркой фантазией образ магистра с большим кровавым тесаком. Однако воображение помимо воли добавляло все новые подробности: перекошенное злобой лицо Анхайлига, горящие глаза, развевающийся черный плащ… Н-да, кажется, в рассказ Арта я начинала верить.