Принц полуночи. Книга 2

Но неужели Мечники действительно следят за всем в Саэти, что выбивается за рамки обыденности?

Хм, ну даже если и следят? Что с этим можно сделать? Ничего. Значит, не стоит и трепыхаться, не трогают, вот и ладно.

Настоящий урок смирения Тиру преподали не Мечники, а собственный император. После того как на фронт отправились на новых машинах «Дрозды», старогвардейцев отозвали в столицу. Дали целый месяц отпуска. И Тиру за этот месяц велено было найти себе женщину.

Любую!

Впрочем, желательно рыцарского сословия.

Это условие было необязательным. Обязательным было наличие женщины.

Женщина требовалась для того, чтобы положить конец слухам, порочащим императора и его невесту. А слухи расползлись после того, как Хильда лично явилась на лётное поле с подарком для Тира фон Рауба.

Процесс был неизбежным, неостановимым и, между прочим, необратимым. Наличие или отсутствие у вышеупомянутого фон Рауба хоть десятка любовниц ничего бы уже не изменило.

Всё это было очень… нехорошо.

И Тир малость запаниковал, когда, услышав от Эрика приказ, понял, что его запасы тактичности, деликатности и лживости то ли улетучились, то ли заперты на замок, а ключ куда-то потерялся.

– Вы думаете, если у меня будет женщина, Хильда потеряет ко мне интерес? – спросил он, тщетно пытаясь наскрести по сусекам хоть сколько-нибудь вежливости.

Не получалось.

– Я думаю, легат, что то, что я думаю, вас не касается, – спокойно и холодно сообщил Эрик. – Вы слышали приказ? У вас есть месяц на его выполнение.

– Так точно, ваше величество.

Тир прекратил бесплодные поиски. Всё, что мог сказать неправильного, он уже сказал. Теперь оставалось найти для себя лживое, но хоть сколько-нибудь приемлемое объяснение нелепого приказа. Не можешь обмануть хозяина, обмани хотя бы себя. Иначе жизнь сильно усложнится.

Казимир вон выкрутился. Сообразил, что к нему, стоило лишь принять истинный облик – вроде так он это называет? – явились настоящие Мечники. Аж двое сразу.

А к Суслику – каким бы он ни был демоном, каким бы он ни был Чёрным – Мечники интереса ни разу не проявили. Значит, что? Значит, Казимир круче, страшнее и опаснее.

На глазах человек приободрился. Самооценка повысилась – аж зашкалило. Странный он себе, конечно, объект для соперничества выбрал, потому что Тир давным-давно признал, что со светлым князем Мелецким ему не тягаться, но, как бы там ни было, это работает.

Придумывать ничего не пришлось.