Когда исчезают звёзды

– Тирея! – я резко оборвала её, почувствовав, как начинается нервная дрожь при воспоминаниях об этом человеке – Прошу тебя, не надо. Мне неприятно сейчас думать о нём.

– Ладно, как скажешь. Здесь скоро стемнеет, а нам нужно работать. Так что не будем расслабляться.

Подруга повернулась, уверенно направившись в кабину корабля, чтобы подготовить необходимые для исследования приборы.

Я продолжала заворожено рассматривать местность. Нет, у нас не красивее, чтобы там не говорила Тирея. У нашей звезды Алторио?н холодный бело-голубой свет, а здесь чувствуется столько тепла, что кажется, им можно обогреть всю Вселенную.

Ласковое небо и его огненные краски умиротворенно действовали на душу, наполняя её безмятежностью и покоем.

Солнце опустилось ещё ниже к горизонту, оставив только маленький, видимый край. Небо стало более тёмным, облака сгущались.

Становилось прохладно. Хотя костюм и защищал от перемены температур, какой-то озноб начал охватывать тело. «Наверное, от перелёта» – подумала я, решив немного пройтись, пока совсем не стемнело.

Осторожно спускаясь по крутому склону, я рассматривала незнакомые растения, цепляющиеся за края обрывов. Их было уже плохо видно, но кое-что рассмотреть удавалось. По своему внешнему виду они во многом напоминали флору Тегравии.

Я спустилась к небольшой поляне. Корабля не было видно, он остался наверху, спрятавшись за склоном горы.

В небе появлялись первые звёзды. Незнакомые созвездия, чужой мир… Где-то там Алторион и Тегравия… Где-то очень далеко, среди всех этих бесконечных звёзд.

В воздухе слышалось стрекотание насекомых и приятный запах мокрой травы. Я стояла, затаив дыхание, не смея пошевелиться, наслаждаясь сказочной, сумеречной красотой.

И вдруг послышался странный, непонятный звук. Он доносился из небольшого углубления в горе, совсем недалеко. Я прислушалась, чтобы понять источник шума. Рука автоматически легла на рукоять лазерного ножа, пристёгнутого к костюму. «Наверное, местный зверь» – подумала я, продолжая неподвижно стоять.

Тишина. Только порыв ветра растрепал тёмно-каштановые волосы, повеяв холодом.

И снова звук. Такой же, как прежде. Меня бросило в холодный пот. Это был не зверь, а человеческий стон, полный боли и страдания.

Я мигом рванулась к тому месту, откуда он доносился. Включив фонарь, и направив свет на расщелину, я замерла. В неестественной позе, скорчившись, лежал человек. Это был молодой парень, примерно моего возраста, перепачканный грязью и кровью.