Когда исчезают звёзды

– Умеешь заставить даже меня беспокоиться – тихо сказал он – Разве так можно?

Я попыталась ответить, но во рту пересохло, и я не смогла вымолвить ни слова. Казалось, язык и губы превратились в распухшую массу. Он осторожно взял стакан с водой, и бережно приподняв мою голову, дал попить.

– Спасибо – еле выдавила я, чувствуя себя очень слабой и разбитой. Совсем не было сил говорить.

Он грустно улыбнулся, погладив меня по голове.

– Какая же ты сильная. Даже сдержалась, чтобы не запустить в меня этим стаканом.

Но внезапно его улыбка исчезла, и он стал очень серьёзен. Моргисс взял меня за руку и, не сводя пристального взгляда, тихо прошептал:

– Прости меня. Это я виноват в том, что произошло. Не думал, что Совет миров выберет такое жестокое наказание. Когда тебя увели, я пытался добиться, чтобы они отменили или изменили приговор, но они отказались. Я даже не подозревал, что ты чуть не погибнешь…

Я не могла в это поверить. Моргисс просит прощения. У меня.

Это было сном. Такого не могло быть в реальной жизни.

– Знаю, что виноват перед тобой – медленно продолжал он – И простить меня, возможно, у тебя не получится. Но прошу, попытайся. Я не хотел, чтобы всё получилось именно так.

И внезапно, чтобы совсем разрушить мой прежний мир, он осторожно склонился к моей руке, и нежно её поцеловал.

Я была настолько потрясена и сбита с толку, что только хлопала глазами. Невозможно было поверить, что этот тот самый Моргисс, мой давний враг…

– Не помешала? – в комнату тихонько вошла Юнития.

Она с легкой улыбкой смотрела на нас, как будто её ничего не удивляло – Вижу моей сестре уже лучше. Видишь, а ты так сильно боялся за неё.

– Я пойду – смутившись, произнёс Моргисс, вставая – Вам, наверное, есть о чём поговорить.

Он тихо вышел из комнаты, а я потрясённо смотрела ему вслед.

– Что случилось с ним? – прошептала я, с трудом ворочая языком – Он волновался обо мне? Наверное, у меня случились галлюцинации…

– Да что ты! – воскликнула Юнития, всплеснув руками и усаживаясь рядом – Волновался – это не подходящее слово, сестричка! Когда тебя освободили, ты была в ужасном состоянии.

Мы очень боялись, что ты умрёшь. Моргисс на руках нёс тебя домой, и не отходил все эти дни, что ты была без сознания. Он вызвал самых лучших врачей, которые с трудом вернули тебя к жизни.

– Не может быть – растерянно пробормотала я, потрясённая до глубины души.