Агрессор

Зато журналисты как стервятники накинутся на эту историю. В каждом поисковике ваше имя будут полоскать все кому не лень. Не поленюсь и на все ток-шоу схожу, подзаработаю заодно.

– Лиза-Лиза, не угрожай тем, на что никогда не решишься, – покачав головой, снисходительно протянул Астахов. – Ведь не только моё имя прополощут, но и твоё. Навсегда останешься жалкой жертвой. Как обычно поступают с участниками грандиозных скандалов? В их жизни, особенно в прошлом, капаются грязными руками. Каждую мелочь выворачивают наизнанку и преподносят потом, с той точки зрения, с которой захотят.

Я тебя знаю, даже ради популярности личным не светишь. Все твои угрозы пфу-у…, пустой звук. Так что заткнись и получай удовольствие, – удерживая за затылок, он потянул меня ближе к себе с очевидным намереньем поцеловать.

Представив, как эта сволочь коснётся моих губ, ещё и язык в рот запихает, от брезгливости и омерзения помутился рассудок. Казалось, если это произойдёт, просто не выдержу и умру. Сопротивляться нет смысла, он настолько меня мощнее, что даже не замечает, как барахтаюсь.

Меня мутило и сильно, во рту слюны скопилось достаточно, собрала всю и плюнула скотине прямо в лицо.

Более взбешённых глаз в жизни не видела, жгучая ярость и агрессия зашкаливали. Пётр Тимофеевич шумно сглотнул, медленно, проведя по лицу рукой, стёр плевок и опять вонзился в меня лютым взглядом.

Животный страх сковал внутренности, сердце замерло. Ожидание смерти мучительней, чем сама смерть.

Не выдержав напряжения, согнулась, сжалась, крепко зажмурилась и молюсь.

– Сучка, – услышала я рык, и уже в следующее мгновение он меня от себя отшвырнул.

Перелетев через кресло, плашмя приземлилась на живот. Боль – должна быть, но из-за паники абсолютно ничего не чувствую, зато рядом звучат шаги.

Только и смогла, что приподнять голову, напротив лица туфель. Боже, да он же меня сейчас до смерти запинает.

– За эту выходку будешь отдельно расплачиваться. На коленях. Чмокая и облизывая, – процедил Астахов, развернулся и, тяжело ступая, направился к выходу.

Глава 5

Глеб

Недолго Елизавета по своему заморышному жениху горевала, вернее, вообще не сочла нужным это делать. Съехала из его квартиры и тут же, уже через час, распаковывала чемоданы в доме у другого мужика. Хоть бы ради приличия пару дней пожила у родителей, но нет же, она им даже не позвонила, то есть такой вариант вообще в принципе не рассматривала.