Замуж не напасть, но как бы замужем не пропасть

– Нет, не поэтому… – Милдред так смутилась, что её даже в жар бросило. Она тут же мысленно поклялась себе, что во избежание недопониманий смысла произносимых ею фраз, теперь и отныне будет изъясняться исключительно на родном языке. – Я имела в виду интерьер вашего дома, он великолепен.

– Неужели?! – продолжая улыбаться во все тридцать два зуба, деланно усомнился хозяин дома, в глазах которого прыгали чертики. – Неужели это и всё что вы имели в виду?

– Милорд, вы смеетесь надо мной?! – уводя разговор от опасной темы, шутя, обвинила она, капризно надув при этом губки.

– Каюсь, миледи! Ибо грешен, я! – понурив голову, патетически воскликнул Микаэль. Однако вслед за этим он внезапно посерьёзнел и, поднимаясь с колен, добавил. – Прошу прощения. Не удержался. Извините, если смутил.

– Так я права-а-а-а-а-а? – в очередной раз сменила тему, дабы случайно не заплыть в опасные воды, Милдред.

Микаэль недоуменно посмотрел на девушку.

– Вы всегда правы, разумеется, – усмехнулся он.

– Я думаю, что вы очень древний вампир! Такой же древний, как и эта книга, – пояснила она, перейдя при этом, по непонятной ей причине, на доверительный шепот. – Я права?

– Ах это, – усмехнулся Сторм. – Да, вы правы. Мне 686 лет, – наклонившись, доверительным шёпотом сообщил он ей на ушко.

Испугавшись, опять и снова, излишней телесной близости своего временного мужа, Милдред отстранилась. Что было не так-то просто сделать незаметно, учитывая то, что она сидела в кресле, а временный муж в буквальном смысле нависал над ней.

К счастью, муж ей попался из понятливых, да и поза в виде вопросительного знака – была не самой его любимой. Поэтому иронично хмыкнув, Микаэль занял соседнее кресло и продолжил свой рассказ уже нормальным тоном:

– Из них двадцать два года я прожил как Стефан Анжуйский, младший сын короля Венгрии и Хорватии Карла I Роберта и его третьей жены Елизаветы Польской, а последующие 664 года как вампир.

– Значит, принц… хм-м… – Милдред закусила нижнюю губу, обдумывая информацию, но при этом лицо ее выражало явный скепсис.

– Если бы просто принц, – усмехнулся он. – Но ещё и штатгальтер Трансильвании, Славонии, Далмации и Хорватии, – помимо его воли в голосе Микаэля прозвучала горечь.

– В двадцать два года?! – в голосе девушки прозвучало не только удивление, но и откровенное сочувствие.

– Угу! – мрачно подтвердил мужчина.