Чисто афера

– Сначала нужно выяснить посредством зеркала-окна, не следят ли за избушкой, потом необходимо попытаться связаться с Его Высочеством, а уже потом как соберём достаточно информации, мы все вместе позавтракаем и заодно всё основательно обдумаем и обсудим, – обосновал применение рукоприкладства к моей ведьмовской особе Меркурий или, как я его зову, Умник.

Меркурий, как и ещё шесть его соплеменников, появился в результате неудачного экспериментального заклинания реверсной материализации (я обязательно ещё расскажу об этом, но позже).

В общем, теперь все семь жертв неудачного эксперимента обитают в моей избушке. Меркурий маленький, худенький, чрезвычайно подвижный и необычайно болтливый и его все здесь в сказочном королевстве принимают за гнома. Только никакой он не гном и не только потому, что он безбородый юнец, и на башмаках его крылышки, а потому что он… планетёнок.

– Малец, дело говорит, – поправляя очки, сползшие на нос, как обычно поддержал Умника Сатурн, или Ворчун, как я его зову.

Сатурн – профессорского типажа, сухонький, маленький вечно всем недовольный старичок.

– Но организм же молодой, его кормить надо, – привычно не согласилась с мнением Сатурна и Меркурия моя избушко-правительница, она же Луна, она же Мамушка, как я её зову.

– Молчать женщина! – вскричал Ворчун, – когда старейшина и… – старик почесал затылок, так как не сразу сообразил, каким же титулом величать его молодого коллегу.

– И мудрейший! – подсказал молодой коллега.

– Во! – поднял старик вверх скрюченный артритом указательный палец. – Молчи, когда старейшие и мудрейшие говорят! А то ишь, раскудахталась!

Досадуя на Умника и Ворчуна, и одновременно злясь на себя за бесхребетность (в конце концов, думала я, кто в моей избушке главный, я или какие-то самообъявленные старейшие и мудрейшие? Но отвечать сама себе не стала, так как знала, что честный ответ мне не понравится…), я прошла в свою горницу и остановилась рядом с зеркалом-окном.

Из этого окна я в любой момент времени могла увидеть любую, какую пожелаю, точку Зачарованного леса.

Совершив, все принятые испокон веков в обществе баб-яг и волшебных зеркал реверансы и подношения в виде пожеланий доброго утра и ознакомления с тем, какие сны видело моё ненаглядное зеркало этой ночью, я заслужила право посмотреть уже не в зеркало, а в окно.

В окне отобразился, прекрасный в своей полудрёмной умиротворенности, просыпающийся лес.