Чисто афера

– Эй, Баюша, а что это у тебя наш Мрачун делает? – удивилась я, воззрившись на кота.

– Так-с Василиса Премудрая идейку подкинула, – почесал котяра затылок. – Насколько я понял, сейчас всякие там медиумы и прочий оккультизм очень в цене. Вот я и подумал о Мрачуне… Подумал, что это его тема. И угадал. Парень – просто самый настоящий самородок. Так сама Василиса Премудрая сказала. А она уже, если говорит, то значит, дело верняк!

Я закивала головой. – По крайней мере, он теперь при деле, а то я боялась, что он совсем зачахнет от скуки в лесу.

Может ты бы и Фантазёра нашего взял к себе, а?

– Я бы и не прочь, парень весьма талантлив, – ответил Баюн, так словно всё ещё обдумывал ответ, – но уж слишком выпить любит! Это ж как козла на капустную грядку выпустить! А он у меня и так уже трижды бесплатно диван занимал! Но я поговорю с ним! Всё же парень такие стихи пишет, заслушаешься, – и кот восхищенно закатил глаза. – Ох, что же это я? До сих пор выпить тебе не предложил? Вот склероз проклятый! Уже и бизнесу моему палки в колёса ставит! Вина из белых роз, выращенного в садах Его Бессмертия, как обычно?

Я покачала головой, – Пожалуй, сегодня налей мне чего-нибудь покрепче на свой вкус.

Тяжелое было утро…

– Вот именно, утро! – укоризненно напомнил хозяин кабака.

– Чрезвычайно, необыкновенно тяжелое утро, Баюша! – мрачно поправила я его. – Поэтому не спорь со мной! А то поссоримся, и я перестану приходить к тебе в гости!

– Ну так бы сразу и сказала, мол, утро было такое чрезвычайно, необыкновенно тяжелое, что без штофика[2 - 1 Штофик, ёмкость – 0,256 литра, производное от штоф (1 штоф равно 6 штофиков или 12 чарок или равно 1,54 литра)] медовухи никак, – закивал кот, впечатленный моей угрозой.

 – Ну ты знаешь, куда идти… – кивнул он на дальний конец зала, где находились кабинеты для тех, кто не хотел сидеть в общем зале. – Я сию секунду.

И он действительно был сию секунду.

Я только успела сесть и расправить полы своего плаща, а Баюн уже был тут как тут. Штофик с медовухой, две чарки и миска с варениками, щедро залитыми сметаной – материализовались на столе одновременно с появлением громадного котяры.

– Ну за твое здоровье! – проявил гостеприимство Баюн. Он высоко поднял чарку и выпил за меня залпом, ни разу поморщившись. – Хороша! – одобрил он медовуху. – Хорошо пошла! – блаженно выдохнул он.