Мороз для Снегурочки

Наверняка это подарок мне от Кощея, моего друга Пашки Кощеева, который, к слову, самый известный хирург в нашем городе. И работает он в самой обычной городской больнице, хотя с его связями и деньгами он вполне мог бы открыть частную клинику и заниматься своим любимым делом за совсем другие деньги.

Но… друг сказал, что ему в этой больнице медом намазано. И дело тут явно не в минималке, что платят в муниципальной больничке, а тут не обошлось без женщины. Но Пашка-партизан, как бы я не пытался расколоть его на признание.

Быстро пробегаю глазами по фигурке, отмечая, что девчушка совсем не похожа на представительницу древнейшей профессии, да и мешок, что держит в руках явно тут для чего-то иного, а не для игр, о которых я сперва подумал.

– Ты-Юра? – снова спрашивает.

– Да! – отвечаю, а самому уже становиться интересно.

Девица явно меня с кем-то спутала, но тем ей хуже.

Я буду не я, если не попробую столь лакомый кусочек.

Она будто только и ждала этого ответа. Резко подскочила ко мне и схватив за руку потащила к черному ходу.

А вот это уже интересно. Иду за ней, заходим в ресторан с другой стороны, заваливаемся в какую-то комнатушку, где она впихивает мне мешок в руки и требует, чтобы я быстро переодевался.

Заглядываю в мешок и понимаю, что это костюм деда Мороза.

Смешно. Особенно если учитывать мою фамилию – Мороз.

Меня даже Кощей всегда так и зовет – Дед, ну потому что Мороз.

Забавно. Ну что ж, учитывая, что сегодня в ресторане гуляют одни мои подчиненные, то я можно так сказать, буду со всеми, у всех на виду, но абсолютно скрыт. Заодно и узнаем, как развлекаются мои сотрудники, когда поблизости нет их грозного шефа.

Скидываю пиджак, снимаю галстук, который пол вечера сегодня выбирал, а оказалось, что он даже и не пригодится. Замечаю, что Снегурочка смотрит на меня сквозь опущенные ресницы, а я, между прочим, уже в одних штанах остался.

Упс. Заметила, что я за ней наблюдаю. Вон как щеки покраснели, смутилась бедная. Ну ничего, скоро ты перестанешь меня смущаться, когда мы познакомимся чуть ближе.

– Ты все? – спрашивает, поглядывая то и дело на часы.

А потом ее как жареный петух в задницу клюнул.