Гости съезжались на дачу

Корзины Виктор Сергеевич пристроил рядом с собой на сиденье одна на другую, его была нижней, грибы в ней точно подавятся. Виктор Сергеевич обнимал Дуню, возлежащую на его груди. Кажется, прежде чем шепнуть ей на ухо, он поцеловал ее в висок.

Дуня выбралась из «жигулей», потрясла головой, прогоняя сон. Он был какой-то сладкий, про что-то детски-хорошее. Витя подвез их не к перекрестку, как договаривались, а к Тещиному Языку. Витя-водитель и Виктор Сергеевич трясли сцепившиеся в пожатии руки и говорили про приятное знакомство и про какую-то запчасть, которую Виктор Сергеевич достанет Вите-водителю.

Когда они вошли на Дунин участок, хлопнула за спиной калитка, очарование лесного общения стало таять. Не портиться, а растворяться. Это как сдружиться с человеком в поезде, в походе, в больнице, в очереди, а потом оказаться с ним в квартире. Человек тот же, а обстановка иная. Влияние формы на содержание.

– Туалет по дорожке и налево, – сказала Дуня. – Рукомойник на веранде. Давайте свой телефон, поставлю на зарядку.

Она включила электрический чайник. Ей нечем угостить гостя. «Угостить» и «гость» – однокоренные слова.

Виктор Сергеевич плескался у рукомойника. Полотенце там чистое, утром повесила. Хоть что-то.

Он вошел в горницу, и Дуня быстро проговорила:

– Колбаса, сыр, хлеб забыла купить, только утром обнаружила, «бомж-пакеты» китайских сухих макарон – просто добавьте воды. Всё!

Виктор Сергеевич улыбался. Ах, как улыбался! За такую улыбку надо четвертовать, то есть обрубать конечности, чтобы баб не смущал.

– Прекрасно! – сказал Виктор Сергеевич. – Между нами говоря, недолюбливаю, точнее – побаиваюсь женщин, которые пекут пироги с зеленым луком и яйцом.

– Вам просто не повезло. Когда мои мама и папа, вместе, пекли пироги и пиццы под общим названием «Наше все», было очень весело в процессе и безумно вкусно в финале.

– Евдокия Олеговна, вы потрясающая женщина!

– Не подлизывайтесь! Никаких припасов для особых гостей у меня в подполе нет.

– Я именно подлизываюсь, – покивал Виктор Сергеевич, – только не в смысле утех желудка.

«А каких утех?» – хотела спросить Дуня, но прикусила язык.

Виктор Сергеевич подошел к своему телефону и включил его. Раздались пиканья непрочитанных сообщений, он не стал их открывать.

– Познакомите со своими владениями?

– Если хотите.

Они прошлись по участку. Дуню подмывало рассказать, как было раньше.