Невеста Василиска, или Любимая Чаровница короля

Хотя сейчас он смотрит своими восхитительными восточными глазами с весельем, но никак не с ненавистью. Однако теперь я знала, что тонуть в этих глазах – невероятно опасно, под их взором можно застыть камнем. Навеки.

Впрочем, если один раз вышла осечка, может, и во второй ему ничего не удастся?

Теперь иначе смотрятся все статуи в саду. Неужели все они когда-то были людьми и животными? Или они никак не связаны с этим василиском?

– Я… – начала я, не зная, как и оправдаться, – очень испугалась.

– Заметно! Даже я до таких слов не пугаюсь, – продолжил ухмыляться мужчина.

Угу, конечно. Я бы могла ответить, но в этот момент была погружена в куда более сложные мысли и сожаления. Например, я очень, очень жалею о своём решении согласиться на предложение герцога! Ну как мне могло так повезти, что я сбежала от василиска в самое сердце страны, во дворец короля, и столкнулась с этим самым василиском нос к носу?!

И он смотрел на меня. Очень внимательно и с интересом, словно пытался узнать.

– У вас такие глаза… невероятные.

– Многие об этом говорят, – самоуверенно ответил… василиск.

Моя невезучесть вечно играет со мной злую шутку.

– Знаете, а вы мне кого-то напоминаете, – внезапно произнёс мужчина и прищурился.

Только не это! Он ни в коем случае не должен понять, кто я на самом деле! Поэтому включаем всё своё обаяние и… да, дурочку тоже включаем.

– Может быть, заправского матроса из шейхинского порта? – отшутилась я.

Мужчина хмыкнул.

– Из их уст можно услышать чего и похлеще.

Знаю. И хорошо, что я вовремя прикусила язык. Иначе он бы сейчас и всё это «похлеще» уже услышал.

Не знаю, сколько бы продлились наши гляделки, если бы в этот момент к мужчине не подошёл слуга. А я, воспользовавшись ситуацией, быстро сбежала. И, зайдя в коридор, буквально нос к носу с кем-то столкнулась.

К счастью, это был всего лишь его светлость.

– Это вы! – облегчённо воскликнула я.

– Его величество?

Король? Ох, а я ведь даже не знала, как он теперь выглядит. Последний его портрет, попадавшийся мне на глаза был старым. Там ему было всего четырнадцать – щуплый, нескладный мальчишка в день своей коронации. Такие портреты и висели по всему городу, никто их давно не обновлял. Хотя в прошлом году он отмечал своё тридцатитрёхлетие.