Паника

Лида согнулась пополам, зажала уши – и вокруг неё наступила темнота.

Вынырнув из темноты, Лида увидела, что над ней парит, закручиваясь спиралью, взлетевшая с тумбочки Маргариты Васильевны мелочь. Она слышала, как постанывает где-то рядом Вероника, но повернуть к ней голову не смогла – не было сил.

Темнота снова поглотила её на время, и при следующем пробуждении Вероника оказалась в поле её зрения: поднявшись на ноги, она нетвёрдыми шагами шла к выходу из спальни. К ней приближалась Ася: медленно и плавно, будто она не шла, а летела по воздуху, не касаясь ногами пола.

Вероника дёрнулась, пытаясь освободиться, но только туже затянула удавку. Она захрипела, забила руками, Лида рванулась к ней, но тут Ася рухнула на кровать, а парящая в воздухе мелочь, будто размётанная мощным взрывом, брызнула по сторонам и ударила в стены. Свист в одно короткое мгновение вырос от терпимого до оглушительного, и перед тем как снова погрузиться в темноту Лида увидела, что у Вероники из носа фонтаном хлынула кровь.

17.

Шахова вышла из двери с табличкой "Операционная" измотанная до невозможности – и это при том, что рабочий день только начался. Конечно, давали о себе знать волнения предыдущей ночи, но ещё больше – окончательное осознание того, что Фишер – напрасная трата денег. Они откачивали её минут сорок, чуть не потеряли, потом Долгов ставил стент. Если бы не он, Шахова бы сдалась, но Долгов знал своё дело, хотя и вкладывал в работу чуть больше личного отношения, чем хотелось бы Шаховой.

Перед дверью операционной её ждал взволнованный Кирилл – слухи по клинике расходились быстро. Ещё пару дней назад мнения по Фишер у них были диаметрально противоположны, он считал её пригодной разве что для своей прозекторской. Теперь Шахова была готова с ним согласиться.

Долгов, выйдя вслед за Шаховой, увидел Кирилла и стал ещё мрачнее, чем был:

– Что, чёрный ворон, вьёшься? – желчно спросил он Кирилла.

– Откачал? – с раздражением спросил Кирилл.

– Спрашиваешь, – ответил Долгов.

– Зря.

– Вот если б ты бы там у меня лежал, – Долгов кивнул на операционную, – вот тогда было бы зря. Тогда бы я даже приступать не стал.

Опустив голову, он пошёл прочь по коридору. Шахова проводила его взглядом: невысокий, сутулый, нескладный, начавший лысеть.