Паника

Ну!

Когда они тащили обмякшую Асю к кровати, она так же резко сказала:

– Вероника. Соседка, – и Вероника кивнула в сторону своего дома. – А вы?

– Лида.

16.

Вероника оказалась на удивление сильной. Она взяла на себя большую часть Асиного веса, и ей не мешали ни высокие каблуки, ни скользкая шёлковая блузка, ни обилие украшений, ни золотистый декоративный шарфик, висящий на шее, как колье, и норовящий зацепиться за всё подряд. Вдвоём с Лидой они уложили Асю на кровать в спальне и замерли на месте, пытаясь отдышаться.

– Где ваш мобильник? – требовательно спросила Вероника.

– У меня нет, – ответила Лида.

Вероника хмыкнула.

– А её?

– Я понятия не имею.

– И что нам теперь делать?

– Я не знаю.

Вероника закатила глаза и выдохнула. Она была из тех людей, которые могут заставить других почувствовать себя ничтожными за пару секунд.

– Короче, так, – сказала Вероника. – Я сейчас машину подгоню к калитке, а вы пока поищите, из чего соорудить носилки. Через эти заросли я не проеду, а на руках мы её до калитки не дотащим.

Зачем мы её только сюда несли? Надо было у двери оставить.

Она не успела закончить, как вдруг за её спиной раздалось лёгкое постукивание. Там, на тумбочке, всё ещё стояло со вчерашнего вечера чайное блюдце с использованным шприцем, ватными тампонами и вскрытыми ампулами. Рядом, сдвинутые к краю, лежали вещи Маргариты Васильевны: очки, журнал с кроссвордами, маленький сточенный карандаш и золотое кольцо, а ещё – небольшая ваза, в которую были собраны разные мелочи: пуговицы, булавки, бусы, блистеры с таблетками.

Вероника обернулась и вздрогнула: Шприц и ампулы на блюдце покачивались, страницы журнала шелестели. Пуговицы в вазе шевелились, словно кто-то пытался из-под них выбраться.

– Это что за нахрен? – спросила Вероника.

– Я не знаю, – ответила Лида, и от этого Вероника как будто взорвалась:

– Да ты вообще хоть что-нибудь знаешь?! – И тут же испуганно замерла. Под носом у неё медленно набухала тёмная капля крови.

Вероника подставила сложенную ковшиком ладонь, и капля упала прямо туда. Она растерянно посмотрела на Лиду, потом – на Асю. Лида обернулась и увидела, что Ася сидит на кровати и смотрит на Веронику широко распахнутыми глазами. Взгляд у неё был пристальный и словно неживой.

В Лидиной голове возник высокий свист, как из неисправной колонки, этот свист всё усиливался и усиливался, до тех пор пока не стал совершенно невыносимым.