Женись на мне, если осмелишься

В их носы были вставлены соответствующие фильтры, которые позволяли дышать на Земле. С ними, наверное, довольно неудобно жить, но временно вполне возможно.

– Рады видеть вас. Надеемся на дальнейшее плодотворное сотрудничество, – ответил император и жестом пригласил пройти за ним, для дальнейшего разговора.

Его сын пристально меня рассматривал, как и все в комнате, и пока молчал. Он последовал за нами, отрезав меня от охраны. Те заволновались, но, повинуясь моему жесту, послушно остались в комнате, тогда как мы трое вошли в просторный кабинет, где, судя по всему, император вел свои дела.

– Присаживайтесь, – пригласил он, и я покорно опустилась в кресло. Его сын остался стоять за моей спиной, заставляя ощущать себя очень некомфортно. Но возражать не стала. – Мы рады восстановить диалог с Землей.

– Я готова способствовать этому всеми силами. Премьер-министр упоминал, что, пока вы обсуждаете возможность заключения торговых отношений, я могла бы помочь вам в решении других вопросов.

Самодержец вскинул бровь и задумчиво меня осмотрел.

Неужели сказала что-то не то?

– Все несколько сложно. Это Земля заинтересована в заключении соглашений, у нас в приоритете другая цель. Не уверен, что вы сможете помочь.

– Могу ли узнать какая?

– А вы уверены, что хотите? – раздался сзади чуть грубоватый, с легкой хрипотцой голос принца.

Вот как ответить на этот вопрос?

– Чтобы помочь достичь цели, необходимо знать, в чем она заключается, – постаралась как можно тактичнее высказаться я.

Император задумчиво постукивал пальцами с острыми когтями по столу.

А принц, после минутного молчания, протянул руку. Я недоуменно на него посмотрела.

– Сын? – нахмурившись, спросил его величество.

– Вашу кисть, – потребовал цербр у меня и, повернувшись к отцу, добавил: – Ну ты же говорил использовать любую возможность, чем эта плоха?

– У нас и так много дипломатов сменилось. Выпрут с этой планеты, упустишь шанс.

– Все будет хорошо. Даже сквозь фильтры я чую – она меня не боится.

Это было правдой.

Растерянность, недоумение – да, но страха не ощущала. Не дождавшись от его величества комментариев, я вложила руку в ладонь принца. Какой еще выбор? Отказать и запороть работу в первый же день? Не съест же он меня.

Присев передо мной на корточки, его высочество медленно вынул фильтры и склонился к моей руке. Вдохнул раз, два, ничего не происходило.

– Убедился? – устало спросил император, а его сын вскинул голову и посмотрел на отца светящейся радужкой.