За тёмным лесом

Свернувшись на кровати калачиком, Ирис тихонько плакала. В приглушенном свете догорающей свечи девушка отрешенно следила за меркнущими тенями, когда слабое пламя вдруг взмыло к потолку. На миг осветив комнату, оно погасло, уступив право господства полуночному мраку. Повисла гробовая тишина. Сгруппировавшись, сестры дружно забились в угол, не в силах объяснить загадочное событие. Съежившись от страха, они так и не решились позвать родителей. Обнявшись, девушки незаметно проваливались в сон, плавно ускользая в безмятежный мир сказочных видений.

8

Солнечные лучи игриво скользили по спальне. Подняв тяжелые веки, Яра неохотно встала. Опасаясь праведного родительского гнева, она тихо прошмыгнула в уборную и услышала злобный шепот – он доносился из комнаты. Не привлекая внимания, девушка высунулась из приоткрытой двери. Напряженный взор упал на порожек, отцовской обуви там уже не было, однако красовались аккуратно поставленные с краю белые лодочки из расшитой драгоценными камнями кожи.

– Прошу, услышь меня! – умолял нежный бархатный голос, нотки которого уже звучали в свежих воспоминаниях девушки. – Девочку переполняет невероятная мощь.

– Не впутывай моих детей в свои греховные распри, – злобно огрызалась Ольга, – пусть живут нормальной жизнью.

– На ней метка! Рано или поздно судьба настигнет каждого, не стоит противиться, исход может оказаться печальным, – твердила странная гостья, – нас подслушивают, – внезапно добавила она.

Подпрыгнув на месте, Яра отпрянула от запертой двери. Прошмыгнув в кладовую, она сделала вид, будто трудится в поте лица, вот только дрожащие руки ее выдавали. Кто-то в бархатном черном плаще выпорхнул в коридор, мельком одарив девушку проницательным взглядом. Растворяясь в янтарных глазах, Яра ощущала успокоение, благодатным теплом обволакивающее бренную плоть.

– До свидания, – вежливо попрощалась гостья, покидая дом.

– Прощай, Лилит, – прошептала Ольга, наглухо задвигая засов.

Даже не взглянув на нерадивую дочь, женщина поднялась в спальню. Любопытство терзало юный разум. Оно манило устремиться за ведьмой, но страх перед родительским гневом перевешивал чашу весов и охлаждал пылкий темперамент.

Позавтракав, Яра взялась чистить печь. Выгребая золу, девушка рассуждала о словах колдуньи, никак иначе она не могла назвать мрачную посетительницу.