Перевозчица

Но в этот день самоволие канира покрыло его славой, потому все слова упреков были забыты. Раз и навсегда. Он рискнул и… победил. И это был день величия не только великого кангора, но и его.

– Приветствуйте воина, для которого честь кангора стала превыше собственной жизни! – произнес стоявший рядом с троном – дань традициям – правитель скайлов.

И первым замер, глядя в противоположный конец зала.

Высокий, не потерявший выправки в свои сто с небольшим лет. Истинный кангор, для которого доблесть подданного – его доблесть.

Открылись огромные двери, но прежде чем Искандер сделал шаг, присутствующие в зале расступились, раскрывая для него широкий коридор.

Ему б ощутить хотя бы удовлетворение – не каждому в его возрасте приходилось испытать подобное, но в душе была пустота. Никто из них не знал, что не победителем вернулся он домой – побежденным. Там, где была надежда, теперь осталась выжженная пустыня.

Он ошибся. Поторопился. Поверил в свою удачливость. И… проиграл. Сейчас бы остановиться, уйти, остаться одному.

Но был долг. Его долг был выше, чем его любовь.

А церемония продолжалась. Он слышал слова. Отвечал. Принимал поздравления. Даже улыбался удачным шуткам. А перед глазами вновь стояла она. Как в тот день, когда он увидел ее впервые. На далекой Земле. Десять стандартных лет тому назад.

Задумавшись, он пропустил момент, когда зал начал пустеть. Заметил, когда мимо прошел младший брат, едва коснувшись руки.

– Вам необходимо остаться для личной аудиенции.

Он и не рассчитывал, что удастся ее избежать.

Прямо из зала вслед за воином прошел извилистыми коридорами до личного кабинета правителя, на втором этаже главного здания огромного дворцового комплекса. Немногим было известно, что на его территории находился даже подземный космопорт с одним единственным кораблем.

Искандер знал. Когда-то был его капитаном.

А ведь мог отказаться, когда кангор не приказал – попросил именно его, Искандера, вести приоретту к Земле. Мог не увидеть ее на выпуске из академии. Мог…

– На тебе печать потери.

Искандер не вздрогнул, помогла выпестованная наставниками выдержка. Но удивление было, первые же слова кангора оказались для него неожиданностью.

– Напряжение было слишком велико, мой господин, – произнес он, стараясь не смотреть на своего правителя.