Эхо преступления, или Интервью с Царевной

Поэтому она игнорировала каверзные вопросы и подбирала каждое слово, чтоб не спровоцировать и не поменять место жительства. И подумывала о спасительном звонке Кузнецову, тому самому полицейскому, который спустя несколько дней после вынужденного знакомства изменил к ней отношение.

Рита недовольно вытирала руки влажными салфетками. Краска никак не стиралась. Вот уж красящее вещество.

– Вам все понятно. Вы меня услышали? – недовольно уточнил майор.

Рита не стала признаваться, что вообще его не слушала.

– Вот возьмите, еще – предложил майор Фёдоров, передавая ей ещё одну упаковку с салфетками. – Не стирается?

– Лучше бы такой краской фасады домов красили. А то там быстрее стирается.

– Цвет мрачный – парировал майор.

– Добавьте яркого. – Ладонь горела, но Рита не оставляла надежду стереть вернуть рукам естественный цвет. – Скажите, за что меня задержали?

– До выяснения обстоятельств.

Рита отложила салфетки и уточнила:

– Я так понимаю, вы уже все выяснили, и я могу уйти?

– Давайте дождемся результатов дактилоскопии, чтоб я вас во второй раз не задерживал.

– Меня не за что задерживать – напомнила Рита. – Я всего лишь нашла Анну.

– Да, но мы уже выяснили, что вы с Романом ушли со школы вместе.

– Я же вам уже говорила, мы расстались возле его дома – устало повторила Рита.

– Ну, и вы меня поймите, вас застали возле трупа. Увидев вас на месте преступления, я сделал вывод, что вы пытаетесь скрыть улики, стереть отпечатки пальцев с орудия убийства.

– Я вызвала полицию – напомнила Рита. Ей казалось, что такая глупая ситуация может произойти только в бразильском сериале. – Слушайте, сижу у вас уже два часа, это уже не смешно.

– Если бы я хотел поржать, то пересмотрел бы «Эйс Винтуру».

Рита открыла рот, собираясь посоветовать пересмотреть «Тупой, еще тупее», но вовремя передумала. Унижение полицейского не входило в ее планы – он и без того слишком предвзято к ней относился. А ей еще хотелось попасть в магазин, а не в камеру. Хотя после убийства Симоновой, наличие малинового варенья встало под вопросом. А бабушка, наверное, заждалась. Но отказаться от колкости – это превыше ее способностей.