Оборотень по объявлению

Я вся подобралась, но они спокойно окружили ее как охрана, а в следующую секунду, взвизгнув шинами, подъехал внедорожник, куда села Полина и два ее телохранителя. Еще двое просто растворились в воздухе – я не успела заметить, куда они делись.

– Да-а-а, серьезно… – протянула я, наблюдая, как отъезжает машина.

Валерий Максимович встал рядом и посмотрел вниз:

– Очень, Лена, поэтому не подведи меня. Иначе с меня три шкуры спустят…

Я оторопело посмотрела на шефа, совсем не ожидая от него таких слов.

Так и не получив выволочку за утреннее опоздание, я покинула кабинет начальника, не глядя проскочила мимо Риты и удалилась к себе. Через час приехал курьер, прошел в мой кабинет, и я подписала целую стопку бланков получения, которые пришлось сверять с каждой папкой документов.

– Вот это масштабы. – Ко мне заглянул Костя, очкастый айтишник, работающий в кабинете неподалеку. – Что-то глобальное намечается? – присвистнул от удивления он.

– Пока ничего конкретного, половина – мои записульки. – Я постаралась отмахнуться от ненужных глаз и ушей.

– Как же, – ничуть не обиделся на ложь сотрудник. – И с каких это пор к тебе твои записульки «Мистер Экспресс» доставляет?

– С тех самых пор, как у тебя стал глаз, как у орла, и нос, как у собаки! – отшутилась я строчками из известной детской песни.

Глава 3

В дневной офисной суете я на время забыла о вчерашних событиях, но, как оказалось, они не забыли обо мне.

– Да? – на телефонный звонок я ответила с ходу, даже не взглянув на дисплей. Я просматривала скудный список допущенных к новому проекту сотрудников, поражалась странному выбору, поэтому все произошло так молниеносно.

– Говори сейчас же, мать! И не ври, что занята! Так что выкладывай всю правду, а то я от любопытства сгорю, потом воскресну и опять буду тебя мучить вопросами. Так загадочно бросила трубку и пропала! Телефон не отвечает…

– Пр-р, – остановила я Олю. – Стоп! А то ты меня заговоришь до смерти, возрождаться, как феникс, я не умею!

В трубке послышалось нетерпеливое сопение, но подруга стойко терпела.