Оборотень по объявлению

Но иногда разговоры бывают настолько короткими, что программа просто не успеет пропустить голос через себя и проанализировать.

– У вас есть свои наработки, данные, критерии, по которым мы сможем написать для вас приложение? Вы уже знаете подходящие для вас параметры голоса?

– Конечно, я пришлю все данные с курьером.

– Что должно следовать после того, как данные будут переданы? – этот вопрос не только вел к удовлетворению моего любопытства, но и был обязательным с профессиональной точки зрения.

– Информация приходит на заданные адреса, и все.

После этого программа должна автоматически отключаться. Сообщение о технической ошибке, черный экран, все что угодно. Нам на руку, чтобы потом эту программу удалили.

– В случае, если голос не подходит, тоже?

– Конечно!

– Какой вы хотите видеть внешнюю матрешку? – уточнила я, записывая.

– Какой только возможно, – решительно сказала Полина. – Наша целевая аудитория – женщины от восемнадцати до сорока лет. Вот и надо сделать максимальное количество клонов программ под разными оболочками.

– И предусмотреть невозможность удаления до обработки голоса? – поняла я ее с полуслова. Не знаю, зачем и кому все это было надо, но она права с самого начала – это определенно противозаконно.

– Пусть ваши ребята сотворят чудо, чтобы, когда девушка нажмет на кнопку «удалить», значок приложения и правда бы исчезал. Но только значок, сама программа должна остаться внутри.

Я кое-что в этом понимала и уже знала – нет ничего невозможного по ее запросу.

Вот если бы у них была целевая аудитория мужчины – тогда бы нам пришлось поломать голову. А так…

– Хорошо, – кивнула я.

– Надеюсь, вы понимаете, что к этому заказу надо подключить только проверенных лиц, но об этом я уже с Валерием Максимовичем поговорила, мы выбрали кандидатов.

– Да, я потом покажу тебе список, – сказал мне шеф.

– Подробное техническое задание я пришлю с курьером. – Полина встала, а потом многозначительно добавила: – Лично в руки и по-другому никак.

 – Она стрельнула предостерегающим взглядом в Валерия Максимовича, и он кивнул. – И храните их как зеницу ока.

Попрощавшись, заказчица ушла, а я подошла к окну в раздумье. Очень хотелось выспросить у шефа подробности, но я не решилась – и без того сегодня за мной числится немалое прегрешение…

– Ты понимаешь, насколько все серьезно? – спросил шеф куда серьезней, и я кивнула.

На улицу вышла госпожа Суворова, и тут же с четырех сторон к ней устремились мужчины.