Пилюльки для души 2

Я сегодня сама не своя. Что со мной? К тебе хочу». С разбегу перемахнула линию прибоя, поднырнула под волну, а вынырнув, поплыла от берега прочь. Вот буду плыть и плыть, пока не успокоюсь. Пока голова не обретет ясность. Заплыла далеко, обернулась. Ой, мамочки, берега почти не видно. Пора назад. Вот так и вправляются мозги на место, отделяя важное от сиюминутного.

Какая разница, кто моет посуду, кто не моет, если я сейчас потону. Спокойно. Не утону. Надо просто размеренно дышать и плыть не торопясь. И читать стихи.

–

Над седой равниной моря ветер тучи собирает,

между тучами и морем гордо реет буревестник,

черной молнии подобный.

То крылом воды касаясь, то стрелой взмывая в небо,

он кричит, и тучи слышат

радость в гордом крике. Буря!

Скоро грянет буря…

Плыла и орала, как буревестник. Все равно никто не услышит за грохотом прибоя. Неслась к берегу со скоростью волны, казалось, оставляю за спиной пенный след, не знаю, ни разу не обернулась. Чуть притормозила, когда разглядела на берегу одинокую фигуру, сидящую на моем камне.

Наверняка Стас. Переживает за меня. Небось, уже сто раз раскаялся в своем упрямстве. Все. Забыто. Проехали, вернее проплыли. Глубоко нырнула и всплыла там, где уже могла касаться ногами дна. На камне сидел… Никитос. С полотенцем. Настроение опять полетело в бездну.

– На, вытрись. Похолодало. Хотел плыть тебя спасать.

– Что со мной станется… – но протянутое полотенце взяла. Залезла в палатку, надела единственную теплую рубашку,

взятую на всякий случай, завернулась в спальник, отвернулась к стенке и уснула.

Сквозь сон слышала, как пришел Стас. Это была первая ночь, когда мы спали спиной к спине.

За ночь море успокоилось, солнце сияло и пекло вовсю. Я во сне скинула с себя спальник, но и в одной рубашке было жарко. Привстала на локте, чтобы снять ее.

– Давай, помогу.

Оказывается, Стас уже не спал. Улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ. Что бы ни было, я люблю его. А он любит меня.

– Пошли завтракать, соня.

Леля уже всех звала. Мы быстро оделись и выползли из палатки.

– А не обозреть ли нам окрестные холмы, – размышлял Стас, допивая утренний кофе, – завтра уезжаем, последняя возможность глянуть на наше кафе «Лунная дорожка» с высоты птичьего полета.

– Я за, – подхватил Никитос.

– Я и подавно, – куда Стас, туда и я.

– А мы пас, – Дрон с Лелькой были единодушны, как всегда, – мы по горам уже набегались. Хватит. Зачехлили ледоруб.