Неделя странного лета…

Место Анне досталось аховое – верхняя боковая плацкарта.

– И как мне здесь две ночи ехать?

Она растерянно посмотрела на курчавого блондина-попутчика, и тот понял её правильно:

– Хочешь, поменяемся? На верхнюю небоковую пойдешь?

– Пойду, – благодарно кивнула Анна.

М-да, всё опять не так, как ей представлялось. Ей представлялось, что у них будут места сплошняком, сразу на несколько отсеков. И поедут они большой дружной компанией… А Арсений, похоже, остатки билетов выкупал, места по вагону разбросаны.

– Посторонись! – рявкнули у Анны за спиной, и она поспешно втиснулась за столик у окна. Два коренастых бородача протащили мимо нечто увесисто-продолговатое. Внесли в соседний отсек и начали искать багажу место. Нечто продолговатое умостилось на третьих полках, образовав перемычку у потолка вагона.

– Катамараны везут ребята, сплавляться собрались, – сказали у Анны за спиной, и она перевела взгляд на голос.

– Да, только в плацкарте такое и возить. Ели бы взяли купе, фиг бы они свой катамаран втиснули, – подал реплику блондин, уступивший Анне полку.

– Посторонись! – опять рявкнули в проходе. Теперь по проходу тащили огромный увесистый рюкзак и рявкали на Арсения, пытавшегося пройти к началу вагона.

– Слушайте, ребята, как вы такие тюки вообще поднимаете? – невольно вырвалось у Анны. Её плечи уже ныли от собственного, пустякового на фоне этих тюков, рюкзака, хотя она и несла-то его от дома до метро, да от метро до вагона.

– А это у нас лёгкий рюкзак, женский, – хмыкнул в ответ парень.

– А какие же тогда у вас женщины? – изумилась Анна. – Где они, покажите их нам!

– А женщины у них в этом рюкзаке. Надувные, – сказал Арсений, выбираясь в наконец освобождённый проход.

И в ту же минуту на нём повисла молодая блондинка:

– Сенечка, милый, здравствуй! Я так спешила, чуть не опоздала! – выдохнула она томным голосом, обвила его шею и впилась в губы долгим поцелуем. Арсений на поцелуй отвечал с явным удовольствием, оглаживая девушку широкой ладонью по худой спине. Две дамы в возрасте, лежавшие на нижних полках как раз напротив, наблюдали за поцелуем, осуждающе поджав губы.

«Ого! – удивилась Анна.