Неделя странного лета…

Этого кудлатого блондина с белёсыми бровями, организатора и предводителя вылазки на Синь-озеро, она запомнила хорошо. Остальной народ за две предшествующих поездке встречи запомнился не очень, и теперь Анна смотрела на всех – на девушку с роскошными густыми волосами и ровным, без эмоций лицом, на невысокого худого курчавого блондина, на ещё одну девушку, смуглую и совсем молоденькую, державшуюся поближе к Арсению – как в первый раз.

– Здравствуйте, – кивнула она, подойдя, – не ожидала, что здесь окажется столько людей с рюкзаками.

– Путешествует народ, – отозвался Арсений, переведя на неё взгляд бледно-серых глаз. И Анна в очередной раз поразилась, насколько блёклое и невыразительное у него лицо, насколько сдержана мимика.

– Всем привет! – подошёл к их компании ещё один турист. Его Анна узнала: на второй встрече он сидел на соседнем стуле и напористо выяснял, можно ли будет обратно в Москву улететь самолётом. Вслед за ним подошли рыжеватая женщина и девчушка лет семи. Обе – с огромными рюкзаками за спиной.

– Знакомьтесь, это Римма и Дина, – кивнул турист сначала на женщину, потом – на девчушку.

– Ох, а не тяжело будет вашей девочке? – не сдержалась Анна. Такую кроху тащат в поход с рюкзаком, не дойдёт ведь!

– Нормально, она у нас ходящая, – сделал успокаивающий жест глава семейства, – с семи лет в походы ходит.

– А сколько ей? – удивилась Анна. На вид девчушке и было лет семь, не больше. По крайней мере, её Данька-Данилка в свои девять был гораздо выше и крупнее этой крохи.

– Мне десять, – глянула девочка серьёзными серыми глазищами.

– Народ, салют! Кого ждём, меня? Я вот она, я уже здесь! – заорали слева.

Анна оглянулась, – к ним приближалась крепкая щекастая девушка. Подошла, скинула с плеча рюкзак в середину круга и гаркнула:

– Степаныч, привет! Чего стоим, кого ждём?

– Здравствуй, Яна, – невозмутимо посмотрел Арсений. – Мы посадки ждём…

– А она уже началась! – весело возвестила Яна и махнула рукой в сторону вагона.

На Янин призыв отозвался парень, такой же крепкий, черноволосый, щекастый и курносый, – видимо, брат, – и начал щёлкать камерой в мобильнике.

– И кучу рюкзаков сфотографируй! И меня одну! И Степаныча крупно! – вошла во вкус Яна, но Арсений спокойно вытащил свой рюкзак из круга и прервал фотосессию:

– Садимся.