Золотая булавка Юлия Цезаря

На этот раз она высовывалась как можно дальше и разглядела Остров, башни и казематы и даже своих спутников. Отсюда, сверху, они казались совсем маленькими.

Вдруг внизу, там, откуда она только что пришла, раздался скрип.

Что это было? Вита прислушалась, потом громко крикнула:

– Эй, кто там?

Никто не ответил.

Ладно, так или иначе, пора спускаться. Она и так провела здесь много времени.

Вита ступила на лестницу.

Спускаться было труднее, чем подниматься, – ноги скользили по вытертым ступеням, она боялась сорваться и придерживалась за выступы стен.

Один поворот, другой, третий. Она не помнила, сколько таких поворотов было, когда она поднималась, но сейчас казалось, что спуск должен уже закончиться.

Наконец Вита увидела дверь.

Только теперь эта дверь была закрыта.

Вот какой звук она услышала сверху! Видно, дверь захлопнуло сквозняком.

Вита подошла к двери, толкнула ее.

Дверь не открывалась.

Так, только не паниковать!..

Старая дверь, наверное, просто разбухла от влажности, поэтому и не открывается.

Но если ее закрыло порывом ветра, открыть наверняка будет не трудно.

Вита перевела дыхание, собралась с силами, уперлась в дверь плечом и навалилась на нее всем телом.

Проклятая дверь не шелохнулась. Не сдвинулась ни на миллиметр. Приходилось признать неприятный, но очевидный факт – дверь была заперта.

Но кто, черт возьми, мог ее запереть? И самое главное – зачем?

Чья-то дурацкая шутка? Ох, увидела бы она этого шутника!..

«Не паниковать, только не паниковать», – напоминала себе Вита.

Но ничего не могла с собой поделать: паника нарастала в душе, подступала, как вода во время прилива.

А может, это не глупый шутник? Может, смотритель музея увидел открытую дверь, решил, что это непорядок, и запер ее, чтобы случайный турист не забрался в башню и не переломал ноги?

Хотя здесь и помимо этой башни опасных мест хватает, и никто их не закрывает. Здесь вообще легко относятся к опасности. И потом, кажется, здесь, на Острове, нет никакого смотрителя.

Если бы был музей, с них взяли бы деньги за вход, а так лодки причаливают сами по себе.

Вита прижалась щекой к двери, прислушалась.

Показалось, что за дверью слышен какой-то шорох. Что это, звук осыпающихся с карниза камешков? Она вслушалась еще внимательнее. Ей почудилось или по ту сторону двери кто-то действительно стоит и с трудом сдерживает дыхание?

– Эй, кто там? – спросила она негромко.

Разумеется, никто не ответил.