Закат на Босфоре

Следом за Хреновым на улицу вышел еще один посетитель «Звезды сераля».

Ротмистр шел по улице, пытаясь по-военному чеканить шаг, но из-за скверной водки Соломона Лапидуса это получалось плохо. Ротмистр то и дело сбивался с ноги, а то и вовсе спотыкался.

Немного отойдя от «Звезды сераля», он начал вдруг прислушиваться. Позади раздавались чьи-то крадущиеся шаги. Ротмистр остановился – и шаги за спиной стихли, он пошел дальше – шаги возобновились. Бравый ротмистр хотел было оглянуться, но это показалось ему, с одной стороны, унизительным для боевого офицера, а с другой стороны, честно говоря, просто страшно.

Ротмистр прибавил шагу. Ему показалось, что шаги сзади отдалились. Взяв себя в руки и преодолев противоречивые чувства офицерской гордости и вульгарного страха, он остановился и обернулся. Никого не было видно на улице, да и темень была такая, что преследователь запросто мог сделаться невидим, стоило ему всего лишь прижаться к стене дома, укрывшись в тени.

«Правду гусар говорил – сволочь Соломон! – подумал Хренов. – Такая дрянь его водка! Через эту его водку уже чертовщина всякая мерещиться начинает! Этак недолго и до горячки допиться!»

Ротмистр в сердцах плюнул, развернулся и решительно зашагал вперед по улице.

В то же мгновение от стены покосившейся лачуги отделилась тень, обернувшаяся человеческой фигурой. Этот человек, чьи гибкие крадущиеся движения выдавали явные преступные намерения, в несколько больших беззвучных шагов нагнал злосчастного ротмистра.

Ротмистр толком не понял, что с ним произошло. В последний миг жизни в мозгу его почему-то пронеслась мысль о скверной водке и о том, что надо бы вовсе бросить пить… Но тут свет в его глазах померк. Впрочем, на грязной темной улочке и меркнуть-то было особенно нечему.

Убийца осторожно выдернул лезвие из раны, и ротмистр Хренов тяжело повалился в сточную канаву. Так бесславно закончилась жизнь этого человека – в прошлом блестящего гвардейского офицера, чья неблагозвучная фамилия принадлежала к ряду лучших дворянских родов России, славного кавалериста, героя германской войны, потом – участника Ледяного похода…

Глава пятая

На этот раз Борис с полковником Горецким встретились утром на пристани.