Дегустация волшебства

– Мы понимаем возмущение общественности города, – начал майор хорошо поставленным голосом, – и сами испытываем такое же глубокое возмущение по поводу варварской кражи. Неизвестный злоумышленник поднял руку на самое святое, на произведение искусства, являющееся всенародным достоянием. Клод… Жибер, – при этих словах майор чуть заметно скосил глаза, видимо, сверился с бумажкой, чтобы не ошибиться с фамилией художника, – Клод Жибер – выдающийся французский художник второй половины девятнадцатого века, его картины очень ценятся во всем мире.

Украденная из Эрмитажа картина «Бассейн в гареме» оценивается специалистами примерно в миллион долларов, и это еще – заниженная оценка…

«Интересно, майор, – подумал Гоша Фиолетов, – сколько же тебе заплатил Муса? Нет, ты точно далеко пойдешь! Полковничьи погоны по тебе уже плачут!»

Дальше смотреть было уже неинтересно, Гоша выключил телевизор.

* * *

– Шеф! – раздался в мобильнике голос рыжего Толяна, неумного, но исполнительного парня.

 – Шеф, тут телка одна ценный базар несет, может, послушаешь?

– Что за базар? – лениво поинтересовался Штабель.

Он не очень верил в то, что Толян Рыжий способен откопать что-нибудь по-настоящему интересное.

– Ну вот, ты говорил, если что услышим про ту картину, которую из музея сперли…

– Веди! – коротко приказал Штабель, мгновенно напрягшись.

Сергей Шустов, известный уголовной общественности как Штабель, в свои тридцать пять лет сумел достичь многого.

Он контролировал почти всю торговлю антиквариатом в городе и добился того, что почти никто из его коллег-авторитетов не лез в этот высокодоходный бизнес.

«Знаешь, почему меня кличут Штабелем? – любил спросить он у нового знакомого. – Потому что я врагов в штабеля складываю… Складываю, а потом – бензопилой – вжик, вжик!» – Штабель смеялся резким скрипучим смехом, но его маленькие глубоко посаженные глазки оставались холодными и мрачными, заставляя собеседника вздрогнуть, словно на него повеяло могильным холодом.

Услышав несколько дней назад о краже картины из Эрмитажа, Штабель удивился: история выглядела как-то глупо. Продать вещь из Эрмитажа почти невозможно, всякий ее опознает, да и картину-то взяли какую-то несерьезную… По крайней мере, Семен Борисович Эрлих, придворный консультант Штабеля, сказал, поморщившись, что художник Жибер – так себе, вещь не из дорогих.