Забытая душа

Резко обернулся и … (дальше будет шаблон, но он как нельзя правдивее описывает ситуацию) утонул в её глазах. Успел подумать: «Боже, пусть это будет она, а не случайная посетительница». Нет, писаной красавицей Алёну вряд ли можно назвать, да и была она в маске, как и положено. А над маской были её глаза. Огромные, синие. И взгляд серьёзный, внимательный, словно проникает в самую душу. Так обычно и смотрят завзятые шутники. Илья вспомнил цитату из Хаггарда, которую его младшая сестра старательно вывела на обложке своего девичьего дневничка, зачем-то обрамив сердечками: «Смехом и язвительностью раненое сердце часто пытается скрыть от мира свою боль».

Алёна выглядела именно так, будто много чего старается скрыть от этого мира, поэтому отшучивается со скоростью пулемётной очереди.

– Ты ведь Илья? – с интересом спросила тогда ещё почти незнакомка.

Он сглотнул и молча кивнул в ответ.

– А я тот самый токарь третьего разряда, который с тобой переписывался, – представилась Алёна.

Про токаря это он ей сам втирал, когда уговаривал встретиться.

– Так и будем молчать? Или может, пойдём за столик и пообщаемся друг с другом в ватсапе, как обычно? – спросила она, чтобы как-то разнообразить паузы.

Тогда он расслабился, улыбнулся и пригласил её пройти уже в помещение, а не стоять, пугая народ. Они провели в том кафе два часа, а потом он проводил её до метро. И дальше уже не мог ни о чём другом думать. Через неделю они встретились вновь и обстоятельства сложились благоприятно для Ильи. Было лето, с утра на небе даже облачка не наблюдалось, Алёна поверила погоде, а не прогнозу, приехала на свидание в лёгком платье и босоножках.

Поэтому в столкновении со стихией у неё шансов не было.

Они посидели в той самой кофейне а потом пошли гулять по набережной, когда уже сгущались дождевые облака. Подул резкий ветер и Алёна сказала, что чувствует себя как Мерилин Монро с развивающейся юбкой, правда выглядит чуть похуже. Он тогда возразил, что она ему кажется гораздо симпатичнее.

И тут зарядил дождь.

А потом превратился в ливень. К Илье было ехать чуть ближе, пара станций на электричке, платформа как раз неподалёку. А вот Алёне на метро через весь город в мокрой одежде. Уговорить её было несложно, хотя она и колебалась. Видимо, прекрасно представляла, что может быть дальше. Да и сам он тайны из своих намерений не делал. Так и получилось, что она осталась у него до следующего вечера.

Отношения развивались стремительно, но однообразно.