Фуллер

Квартиру Фуллера я покинула тихо и незаметно, осторожно захлопнув за собой двери. Шумная толпа уже исчезла. Территория автосервиса погрузилась в тишину. Я дождалась приезда такси и вернулась в квартиру. А через полчаса, приняв душ и переодевшись, помчалась к брату в больницу.

На душе было странно-спокойно. Мысленно перебрала дела, которые стоит уладить в ближайшие несколько часов. Их оказалось слишком много. И в размышлениях я не заметила, как перестала думать о Фуллере. Это даже хорошо. Поскольку я больше не собиралась показываться этому мужчине на глаза.

* * *

Я кормила Феликса из ложки. Брат морщился, кривился, психовал от собственного бессилия, но ел. Еще с самого детства мой мелкий братишка превращался в сущее исчадие ада, когда болел. Был просто невыносим. И постоянно ворчал и высказывал недовольство.

Сейчас я особенно сильно радовалась его тихому ворчанию. Ведь Феликс был жив – и это главное!

Дверь за моей спиной неожиданно распахнулась. И всего мгновения мне хватило, чтобы понять – пришел совсем не врач и даже не медсестра.

Явился Мэт Фуллер собственной персоной.

Совсем не детский и наивный взгляд Феликса замер на моем лице, смущенном и растерянном. А потом брат посмотрел на вошедшего гостя.

– Выйди, – даже не взглянув на меня, скомандовал Фуллер.

Я захлебнулась возмущением. Сжала в руках ложку так крепко, что почувствовала, как ее края до боли врезаются в кожу.

Фуллер молчал. Феликс тоже. Я не собиралась так легко сбегать по первому слову.

Встала со своего места и вышла из палаты, прикрыв за собой дверь.

В коридоре на кушетке у окна сидел незнакомец. Судя по расслабленной позе, мужчина обосновался здесь надолго.

– Как поживаете, Дарина Валерьевна? – безмятежно поинтересовался незнакомец, привлекая к себе внимание. – Хороший нынче выдался денек, не находите?

Я настороженно смотрела на мужчину.

– Не нахожу, – постаралась не выдать своего беспокойства. – Мы знакомы?

– Теперь – да, Дарина Валерьевна, – кивнул мужчина. – Можете звать меня Седой.

Возможно, мужчина со странным именем «Седой» прочел удивление и вопрос в моем взгляде. Снисходительно хмыкнул. Улыбнулся. Но улыбка не коснулась глаз. И это пугало.