Неспящая. Двоедушники

Но я не такой уж слепой, каким кажусь.

– Ты знаешь, где она сейчас?

– Не знаю, – глухо буркнул Эрик. – Вероятно, там, где сейчас ей быть важнее, чем дежурить в изоляторе.

– И ты вот просто так позволяешь всему этому происходить?!

– А что я должен делать? К трубе её приковать?

– Эрик!

– Пожалуйста, избавь меня от упрёков, – строго сказал дядя.

Это были не упрёки. Было ужасно обидно за Эрика. И жаль его до слёз. И как же я обозлилась на Веронику!..

– Я не поняла, почему ты оставил дежурить Арсения? То ты ему тройную дозу успокоительного даёшь, то вдруг такие поручения!

– У него правильные волнения, надо только понизить их градус.

И дать парню соответствующий опыт. И я с каждым днём убеждаюсь, что он не пойдёт самовольно шляться, где попало, когда на его попечении люди…

Эрик осёкся, потом будто бы отмахнулся от чего-то невидимого и встряхнул головой:

– Всё, Ладка, завязывай с этим допросом. Не будем тратить время на бессмысленные разговоры.

– Как скажешь.

Дверь в комнату резко распахнулась, и ввалилась Вероника, на ходу снимая свой оранжевый пуховик.

Мы оба уставились на неё.

Она казалась… счастливой! Радостной, умиротворённой, спокойной. Прямо катарсис какой-то.

Эрик молча взял со стула носки, натянул их, сунул ноги в туфли и, ни к кому конкретно не обращаясь, сообщил:

– Я наверх. К ужину спущусь.

И ушёл.

Вероника посмотрела ему вслед, пожала плечами.

– Нигде не ёкает? – уточнила я у неё.

Она посмотрела на меня невинно, непонимающе.

– Я тебя не узнаю, – сказала я. – Совсем. Что же ты с ним делаешь?

Вероника усмехнулась:

– А что я делаю?

– Хорош прикидываться! Где ты ухажёра своего раздобыла? На сайте знакомств? Или в местном магазине повстречала? – Какого ухажёра? – прищурилась Вероника.

– Такого! С которым ты только что под ёлками обжималась.

Улыбка сошла с её лица.

– Вера, ты совсем дурочка, что ли? За что ты так с Эриком? Ему же больно! Что ж ты такая деревянная стала?!

Она смотрела на меня и… Я так и не поняла, что произошло.

Глаза её быстро наполнились слезами, и крупные капли побежали по щекам, срываясь на пол. А губы сложились в брезгливую и злобную гримасу. И одно с другим как-то совсем не вязалось.

– Уходи из моей комнаты! – процедила она. – Сейчас же!

Я вышла и, каюсь, не удержалась – хлопнула дверью как следует.

Глава 7

В дровяном сарае было холодно, как в морозилке.