Дерзкая

Олег зашевелился, дыхание его участилось, и он что-то пробормотал… Щёлкнул замок входной двери…

Прихватив сумку, я вышла на лоджию и перелезла через загородку на территорию соседней квартиры. Здесь ребята меня не заметят, и искать не будут, потому что открытая дверь на лоджию – дело для нас самое обычное. Вот закрытую дверь они точно бы проверили… Изнутри прекрасно доносились звуки. Я слышала, как Юрка вошёл в гостиную.

– Та-а-ак! – протяжно выдохнул он. Затем зазвенел упавший костыль, и послышалось сдавленное ругательство.

– Где она? – произнёс голос Олега.

– Это я у тебя хочу спросить, – проворчал Юрка, – Вставай, вставай, разлёгся… Мало она тебе двинула, сейчас и я добавлю.

– О-ох! – простонал Олег, и я слышала, как он поднимается на ноги. – Вот, ведьма маленькая… Научил на свою голову. Черт, больно как…

– Не причитай, жалеть не буду! – заорал Юрка, а спустя несколько секунд добавил спокойнее: – Проверь, что пропало?

– Ключ и серебро Зубарского, – отозвался Олег через некоторое время.

– Вот теперь попробуй, отсеки ей пути… – произнёс Юра в раздумье.

Олег пробормотал что-то ещё, наверное, снова выругался, и в тот же миг что-то с силой ударилось о стену, и осколки со звоном разлетелись по комнате. Похоже было, что Олег вымещал свою досаду и унижение на злосчастной бутылке.

– Прекрати! – коротко потребовал Юра. – Я сейчас свяжусь с конторой, подключу ребят, обращусь к Зинченко. Постараемся перекрыть ей все возможные пути, если она конечно, не собирается несколько дней отсиживаться…

– … или ещё какую-нибудь гадость не подстроит! – огрызнулся Олег.

– Если мы только найдём её живую, – уточнил Юра, и от его бесстрастно-задумчивого голоса у меня прошёл мороз по коже.

Олег не ответил. Юрка снова прервал молчание:

– Ладно, давай я тебе помогу кровь остановить.

– А ну тебя к чёрту, возиться ещё! Сейчас умоюсь, и вперёд, нельзя терять время.

Через пару минут за ними захлопнулась входная дверь. Пробравшись обратно в квартиру, я простояла у окна за шторой, пока машина брата не скрылась за поворотом. Больше никто не мог мне помешать двигаться дальше, нужно было срочно выбираться из города.